«Сибирь» №3529 августа 1882

Якутск. Нынѣшнимъ лѣтомъ, въ бытность здѣсь парохода К° Базанова, случилась ночью между рабочими драка, угрожавшая опасностію. По заявленію капитана — полиціи о случившемся, едва только на другой день явился засѣдатель *), какъ видно къ тому же человѣкъ больной. Не сдѣлавъ ничего полезнаго, онъ обратно возвратился въ городъ съ докладомъ исправнику, который вмѣсто оказанія содѣйствія или помощи къ пресѣченію безпорядковъ, напустился на бѣднаго засѣдателя, какое онъ имѣлъ право, не доложивши ему, самовольно уѣхать на пристань и немедленно приказалъ безъ всякаго разбирательства и взысканія выпустить арестованныхъ. На другой день послѣ подобной исторіи, исправникъ въ часъ отхода парохода, командируетъ на пристань того же засѣдателя съ приказомъ о задержаніи парохода, который уже отвалилъ отъ берега; пришлось по требованію начальства остановиться и что же оказывается? Исправникъ требуетъ выдачи съ баржи приказчика, которому однакожъ былъ порученъ весь грузъ на доставку. Зачѣмъ? За что? и на что? Засѣдатель только могъ отвѣтить, что это дѣло не его, а ему приказано остановить пароходъ и взять приказчика. Попросили предписаніе исправника; оно оказалось лично самимъ написанное, кажется, безъ числа и №. Въ предписаніи дѣйствительно значилось, чтобы немедленно задержать пароходъ и взять безъ всякихъ разсужденій приказчика съ баржи. Въ чемъ же обвиняется приказчикъ? въ томъ, что наканунѣ подрался съ рабочими, но вѣдь подобное обстоятельство дѣло суда, — какъ обоюдное оскорбленіе? Къ чему же было задерживать пароходъ на нѣсколько часовъ и еще говорить при всѣхъ, что если не остановится, то полиція будетъ догонять его на счетъ виновныхъ?

*) Пароходъ останавливался за чертой города въ вѣдѣніи земской полиціи.

Бѣжавшіе въ ночь съ 26 на 27 мая изъ Верхоянска 7 человѣкъ политическихъ ссыльныхъ (Сѣрошевскій, Закъ, Александрова, Арцибушевъ, Царевскій, Ліонъ, Лунгъ) съ двумя приставшими къ нимъ скопцами (Григоріемъ и Андреемъ Тараскиными) пойманы 14 іюня и возвращены въ Верхоянскъ.

Сиб.Газ. №36, 5 сентября 1882

Намъ сообщаютъ, что Верхоянскіе бѣглецы пойманы. Ледъ, загромоздившій устье Яны, не позволилъ имъ выйти въ море. Они вышли на берегъ, гдѣ въ туманную ночь и были накрыты г. Карзинымъ, помощникомъ исправника, съ отрядомъ. Сопротивленія не было.

«Сибирь» №40, 3 октября 1882

Августа 16 ч. пароходъ „Гонецъ“, съ двумя баржами на буксирѣ, отправился изъ города на осеннюю пристань и на завтра долженъ былъ идти въ Витимъ; на одной баржѣ былъ нагруженъ скотъ для пріисковъ, на второй товары. На баржѣ для пассажировъ устроена была галлерея изъ тонкаго теса на столбикахъ, изнутри ея по обѣ стороны изъ досокъ нары, а вдоль всей галлереи двѣ доски замѣнили общій столъ. Снаружи всей галлереи и на верху, на тонкой тесовой крышѣ были положены дрова и сѣно, а на бортахъ баржи, въ свободныхъ мѣстахъ, былъ установленъ скотъ, августа 17 ч. передъ отваломъ вся галлерея обвалилась и задавила бывшихъ тутъ пассажировъ, которыхъ по счастiю внутри было немного; нѣкоторые были на пароходѣ, а большинство на берегу. Назавтра о случившемся былъ составленъ актъ.

«Сибирь» №41, 10 октября 1882

Изъ ВЕРХОЯНСКА. Бѣглецы пойманы. Ледъ, загромоздившій устье Яны, не позволилъ имъ выйти въ море. Они вышли на берегъ, гдѣ въ туманную ночь и были накрыты помощникомъ исправника съ отрядомъ. Сопротивленія не было.

Пароходная катастрофа.

«Сибирь» №42, 17 октября 1882

Намъ переданы слѣдующія подробности катастрофы, случившейся на баржѣ парохода „Гонецъ“ (См.„Сибирь“ № 40). По окончаніи нынѣшней ярмарки въ Якутскѣ, иркутскiе и другихъ городовъ купцы, ихъ приказчики и другія лица, по обыкновенiю, дожидались прибытія парохода, каждогодно доставляющаго изъ Якутска въ Киренскъ и въ Витимскъ товары и пассажировъ. Пароходъ этотъ подъ названіемъ „Гонецъ“, принадлежитъ золотопромышленной К° С., Б. и Н. Спецiальное назначеніе его состоитъ въ перевозкѣ припасовъ, товаровъ и проч. на пріисковыя пристани и резиденціи этой и другихъ золотопромышленныхъ компаній. Командиръ парохода иркутскій мѣщанинъ Минѣевъ.

„Гонецъ“ прибылъ въ Якутскъ съ приведенными имъ на буксирѣ двумя баржами, изъ которыхъ одна, предназначенная для доставки скота и сѣна, оставлена на осенней пристани, недалеко отъ города, а другая желѣзная приведена исключительно для перевозки товаровъ и пассажировъ. На палубѣ этой баржи построена изъ теса обширная каюта, вмѣщающая до 60 чел. пассажировъ, и какъ временное помѣщеніе, на одинъ рейсъ, она была очень легкой постройки, о которой для точнаго понятія, необходимо сказать нѣсколько словъ. Въ лежащіе брусья вдолблены были тонкія стойки, верхніе концы которыхъ укрѣплены въ бимсы крыши; шипы обоихъ концовъ стоекъ были не болѣе 2 верш. и ничѣмъ не укрѣплены. Что касается баржи, то ширина ея по срединѣ палубы, съ пристроенными съ обѣихъ сторонъ бортовъ обносами, была 14 арш. и на этомъ то пространствѣ построена каюта, длиною 9 саж., шириною 7 арш. и вышиною 2¾ арш., въ которой и помѣстилось до 60 челов. пассажировъ обоего пола. 16 августа, въ 10 час. вечера, пароходъ и баржа съ помѣстившимися на нихъ пассажирами, отплыли изъ Якутска и вскорѣ остановились у осенней пристани, для принятія другой баржи, чтобы въ слѣдующій день отправиться въ путь. Баржа съ каютой, называемая „Накатоми“, заранѣе условлена подъ товары и пассажировъ, — но на другой день къ общему удивленію, увидѣли на кормовой части баржи поставленныхъ нѣсколько штукъ рогатаго скота, который ни въ какомъ случаѣ не долженъ былъ тутъ имѣть мѣсто. Замѣтивъ непрiятное сосѣдство скота, нѣкоторые пассажиры обратились къ баржевому приказчику Л. съ вопросомъ: зачѣмъ вы помѣстили здѣсь скота? „для провизіи“ — коротко отвѣтитъ онъ. Зная „вѣжливость“ пароходнаго персонала этой К°, пассажиры считали безполезными свои возраженія. Въ тотъ же день, по распоряженiю довѣреннаго К° К. и командира М., поставили на баржу „Накатоми“, кругомъ каюты, еще 50 шт. скота. Даже самъ Л. скромно возражалъ на это стѣсненіе и указывалъ на неприличіе ставить скотъ къ пассажирской каютѣ. Но капитанъ ничего знать не хотѣлъ.

Ранѣе этого, когда еще не было на баржѣ скота, М. распорядился сложенные по бортамъ на этой же баржѣ дрова, до 15 саж., переложить на крышу каюты. Нечего говорить, что и это безумное приказанiе въ глазахъ удивленныхъ пассажировъ было исполнено. Когда же нагнали скотъ, а дрова сложили на крышу и отъ неправильно размѣщенной тяжести баржа видимо накренилась на бокъ, пассажиры опять указывали на неизбѣжную опасность отъ такой несоразмѣрной тяжести. М. рѣшительно не обращалъ вниманія ни на убѣжденiе Л., ни на слова другихъ пассажировъ.

На всѣ возраженія М. дерзко отвѣчалъ: пароходъ и баржи принадлежатъ К° Б. и С. и приведены сюда за хозяйскимъ скотомъ и сѣномъ, а не за пассажирами, а кто желаетъ ѣхать на баржѣ, пускай отправляются со скотомъ, а дадутъ подороже, то мѣста есть на пароходѣ, гдѣ будетъ поспокойнѣе!

— Если вы привели баржи единственно для перевозки скота и сѣна и не интересуетесь заработать фрахтовыя деньги, то почему же вы приняли до 9 тыс пуд. тяжести и столько пассажировъ. Въ такомъ случаѣ вамъ не слѣдовало принимать тяжесть и пассажировъ. Но М. не удостоилъ даже отвѣтомъ.

— Дѣло плохо, баржа совсѣмъ наклонилась, замѣтилъ Л. — Что вы испугались, отвѣтилъ М., тономъ, недопускающимъ возраженiя. — Не бойтесь. Баржа не перевернется, грузите сѣно!

Команда начала грузить на каюту, по верхъ дровъ, еще сѣно. Въ каютѣ было до 30 человекъ мужчинъ и женщинъ. И вотъ въ 2½ час. дня, при сильномъ наклоненіи баржи, раздался трескъ, — и каюта съ дровами и сѣномъ, свалилась на правый бокъ и придавила несчастныхъ. Стонъ, ревъ и вопль былъ невыразимый; къ счастію это было днемъ, на пароходѣ, на баржѣ и на берегу было много людей. Объятые ужасомъ, всѣ бросились спасать погибающихъ, разбрасывали дрова, сѣно, разбирали доски и вытаскивали несчастныхъ пассажировъ. Нѣсколько человѣкъ было вынесено безъ чувствъ и признаковъ жизни, многіе были избраны, разбиты, окровавлены. Прибывшій изъ города врачъ оказалъ необходимую помощь, приводилъ въ чувство, перевязывалъ раны.

Изъ тяжко ушибленныхъ мнѣ извѣстны: поселенческая жена илгинской волости Рахиль Гремберева, которая вскорѣ отправлена въ городъ. Осматривавшій ее докторъ говорилъ, что жизнь ея въ опасности, иркутскіе мѣщане: Иванъ Ждановъ, съ рукою, совершенно не владѣющей, Михаилъ Накрохинъ, съ разсѣченной кожей и раной на головѣ, красноуфимскій мѣщанинъ Михаилъ Бѣлоноговъ, съ ушибомъ въ спинѣ, камышловскій мѣщанинъ Михаилъ Подчиненный былъ въ безчувственномъ состояніи, и только чрезъ три дня могъ оправиться отъ сильнаго ушиба, крестьянская жена, вятской губерніи, Устинiя Ивановна Катаева, съ изувѣченной ногой, служащій купца Костромитинова оставленъ въ Олекминскѣ сильно изувѣченнымъ, имена другихъ пострадавшихъ мнѣ неизвѣстны.

Стоявшій съ правой стороны скотъ при паденіи каюты былъ придавленъ, но все-таки массою своею удержалъ концы крыши каюты, и это обстоятельство послужило спасеніемъ для пассажировъ, бывшихъ въ каютѣ. Нѣсколько штукъ изувѣченнаго скота тотчасъ же было заколото. Случись бы этотъ несчастный случай ночью и во время хода, некому было бы спасти, и катастрофа была бы ужасная.

Якутскій окружный исправникъ на другой уже день, т. е. 18 числа составилъ оффиціальный актъ о происшествіи, въ которомъ было имъ описано устройство павшей каюты и вслѣдствiе какихъ причинъ она обрушилась. При написанiи акта достойно было удивленія: купецъ Г. почему-то предупредилъ своихъ приказчиковъ, которые были  изувѣчены, чтобы они не заявляли претензiй своихъ объ ушибахъ (еще бы! воронъ ворону!). Въ это же время, по распоряженiю  исправника, предполагалась подписка о томъ, кто не изъявляетъ претензiи о своихъ ушибахъ, но таковыхъ оказалось очень мало и приказчики Г. уклонились отъ дачи подписки.

Вскорѣ послѣ паденiя каюты, нѣкоторые изъ пассажировъ стали упрекать виновныхъ въ этой катастрофѣ. Довѣренный К° К. обратился къ нимъ съ такою начальнически-строгой рѣчью: „если не угодно вамъ отправляться на барже, то отправляйтесь на берегъ, это Я (довѣренный С., Б. и Н.! Знайте!) велѣлъ грузить скотъ на баржу и за все отвѣчаю“. Смиренные и беззащитные пассажиры волею и неволею покорились судььѣ, и безропотно въ сообществѣ того же скота, отправились въ путь.

Не въ первый разъ М. сходятъ съ рукъ его подвиги. Такъ, въ прошедшемъ году, на томъ же пароходѣ, съ Мачи въ Олекминскъ, плыла молодая женщина. Сперва ей объявили, что за проѣздъ до г. Олекминска она должна будетъ заплатить 8 или 10 руб. Впродолженіи же пути, М. постоянно безпокоилъ ее оскорбительными разговорами и предложеніями; наконецъ, обманувшись въ своихъ надеждахъ, по прибытiи въ Олекминскъ, онъ объявилъ этой женщинѣ, что она должна заплатить за проѣздъ 30 руб. (вмѣсто 10) и какъ бѣдная женщина не имѣла при себѣ столько денегъ, то онъ попросилъ начальство, продать на эту сумму ея вещи, и просьба его была исполнена *).

*) Объ этомъ была замѣтка въ прошломъ году, но получила ли женщина удовлетворенiе за обиду, не знаемъ. Ред.

Очевидецъ, пассажиръ на баржѣ «Накатоми», Петровъ.

«Сибирь» №4324 октября 1882

НОХТУЙСКЪ. 30-го мая съ Мачи прибылъ сюда нѣкто ссыльный Іосифъ Козловскій, провожавшій своего товарища въ Иркутскъ. Онъ остановился на квартирѣ у приказчика питейнаго заведенія купца Домбровскаго, ссыльнаго Степана Иванова Самойлова. Послѣдній упросилъ Козловскаго переночевать въ заведеніи. На четвертый день послѣ этого, прибыль товарищъ Козловскаго и заявилъ мѣстной полицiи, что Козловскій изъ Нохтуйска на Мачу не пріѣзжалъ и гдѣ находится, не извѣстно. Были сдѣланы на первыхъ порахъ розыски, но Козловскаго не отыскали, а лишь сдѣлалось извѣстнымъ, что онъ ночевалъ у Самойлова; послѣдній объяснилъ, что Козловскій уплылъ за рѣку съ черкесомъ „Бахтіяромъ“; но послѣдній, явясь въ караульный домъ, далъ показаніе, что, никакого поляка съ нимъ за рѣку не плавало. Спустя сутокъ чрезъ 14-ть, Козловскій найденъ въ рѣкѣ Ленѣ, недалеко отъ заведенія Самойлова въ сидячемъ положеніи съ ремнемъ на шеѣ. Самойловъ, однако, остался на свободѣ, равно и другія подозрѣваемыя лица, изъ числа коихъ одинъ въ день увольненія на квартиру учинилъ разбой въ ренсковомъ погребѣ Александро-невскаго т—ва, въ ночное время, но и за это ему ничего не было. Вообще здѣсь сидѣльцы кабаковъ, вслѣдствіе „высокаго“ положенія ихъ хозяевъ, не хотятъ знать ни полиціи, ни законовъ. Имъ все дозволено.

«Сибирь» №48, 28 ноября 1882

ЯКУТСКЪ, 23 октября. Вь послѣднее время снова начали повторяться у насъ случаи грабежа. Недавно воры, взломавъ замокъ у магазина купца Юрганова, взошли въ него незамѣченными и похитивъ разныхъ товаровъ на 500 р., скрылись безслѣдно. Вообще нынѣ у насъ ходить по улицѣ вечеромъ безъ оружія небезопасно, чего ранѣе никогда не бывало.

Надѣлавшее у насъ въ свое время много шума дѣло по убійству купца Маркова по временамъ и теперь напоминаетъ о себѣ. Не очень давно, напр., душеприказчики М. назначили торги на продажу имущества, ежедневно, кромѣ табельныхъ и воскресныхъ дней, а между тѣмъ въ одинъ изъ такихъ дней пригласили своихъ близкихъ знакомыхъ и родныхъ и продали имъ разныя вещи по самымъ низкимъ цѣнамъ.

Сиб.Газ. №50, 12 декабря 1882

24 октября полиціймейстеръ Валь, по обычаю, явился въ острогъ. Двое арестантовъ пожелали говорить съ нимъ и были приглашены въ пріемную комнату. Послѣ нѣсколькихъ словъ одинъ изъ нихъ бросилъ въ глаза полицімейстеру горсть мелкаго стекла и затѣмъ оба свалили его и начали бить. Стекло въ глаза не попало, а сбѣжавшіеся на крикъ отняли битаго. Виновные не могли основательно объяснить свой поступокъ.

Въ послѣднее время здѣсь было два случая разбитія зерцала въ присутственныхъ мѣстахъ Въ обоихъ случаяхъ преступленіе вызывалось желаніемъ просто совершить какое-нибудь преступленіе, чтобъ измѣнить свою участь хоть къ худшему, или затянуть дѣло.

Въ числѣ рѣдкихъ преступленій можно отмѣтить и такое. Недавно одна молодая якутка, замѣтивъ шалости своего, хотя и не законнаго мужа, вздумала не только наказать, но и лишить его возможности впередъ нарушать супружескую вѣрность. Когда онъ спалъ, она сдѣлала ему операцію. Якутъ выздоровѣлъ.

      По слухамъ, въ Витимѣ обокрали почтовую контору, изломали сундукъ и замокъ; украдено нѣсколько пакетовъ на сумму — 14000 руб., но деньги найдены и растраты оказалось не болѣе 200 руб.; кражу совершилъ поселенецъ Шастинъ.

Изъ Витима. 21 ноября. 

29 октября, въ здѣшней почтовой конторѣ была сдѣлана покража 14,000 р. Это случилось въ 2 часа дня и слѣдующимъ образомъ: управляющій конторою Ч. пошелъ обѣдать, сортировщикъ К. и частно занимающійся въ конторѣ писецъ Т. ушли въ баню (почталіона не было, быль посланъ съ почтою), а контору заперли на замокъ; въ это время и сдѣлана покража. Деньги, за исключеніемъ 200 р., отысканы всѣ въ полуверстѣ отъ селенія. Всѣ данныя уличаютъ въ этой кражѣ ссыльнаго Шастина, который и содержится въ тюрьмѣ.

Кража здѣсь не рѣдкость; въ первыхъ числахъ ноября изъ амбара крестьянина Нестерова выкрали разныхъ вещей и припасовъ на 100 р., ломились и еще въ одинъ амбаръ, но имъ помѣшали; злоумышленники не пойманы.

Удивительные почтовые порядки на Ленѣ, если вѣрить тому, что намъ сообщаютъ изъ Хамры. Въ Хамрѣ станціонный смотритель, когда ему вздумается, уѣзжаетъ со станціи на нѣсколько дней, не смотря на то, что здѣсь производится пріемъ и выдача всякаго рода корреспонденціи Такъ, напримѣръ, 9 ноября изъ Иркутска въ Якутскъ прошла черезъ Хамру почта, а смотритель уѣхалъ въ Витимъ за покупкой вина, табаку и проч. товаровъ, которыми онъ торгуетъ на станціи. Сопровождавшій почту почталіонъ объяснилъ, что она была раздѣлана Хамринскимъ смотрителемъ на дорогѣ, на станціи Крестовской въ 85 верстахъ отъ Хамры, и вся корреспонденція уѣхала обратно въ Витимъ; отлучки бываютъ часты и продолжительны — по недѣлѣ и болѣе, а между тѣмъ станція оставляется на произволъ судьбы. При такихъ порядкахъ, при такихъ служащихъ и удивляться нечего кражамъ денежныхъ сумъ, которыя въ послѣднее время повторяются хронически. Въ самой конторѣ, не болѣе двухъ недѣль назадъ, среди бѣлаго дня было похищено изъ казеннаго сундука болѣе 14.000 р.; занимающійся при конторѣ писарь — поселенецъ сломалъ у дверей и сундука замки, связалъ денежную корреспонденцію въ шаль и утащивъ ее въ тайгу, спряталъ. Хорошо, что дѣло было зимой и по слѣду нашли шаль съ деньгами, которыхъ, какъ слышно, недостаетъ только 200 рублей.