Сиб.Газ.№4, 22 янв.1884

Письма изъ Якутской области.

Въ послѣднее время герои кулачной расправы проявляются все чаще и чаще. Вотъ, наприм., сценка изъ нашего отдаленнаго края, гдѣ, какъ говорится, до Бога высоко, до Царя далеко и гдѣ спины обывателей отъ похожденія героевъ кулачной расправы облеплены пластырями, мазями и др. снадобьями латынской кухни.

Комната въ квартирѣ исправника К—аго.

Вѣстовой казакъ докладываетъ своему повелителю-исправнику, что пришелъ г. Новоселовъ и хочетъ его видѣть. —Зови! — приказываетъ повелитель. Входитъ г. Новоселовъ и проситъ 4 р. изъ слѣдуемаго ему казеннаго пособія. — Сегодня только 30 число, а тебѣ слѣдуетъ получить 1-го, сердито отвѣчаетъ исправникъ: могъ бы зайти и завтра, но... подожди. Ничего не подозрѣвая г. Новоселовъ ждетъ. Каково же было его изумленіе, когда черезъ несколько минутъ въ комнату вбѣжали человѣкъ 20 казаковъ и окружили eго! Что это значитъ? обращается изумленный г. Новоселовъ къ исправнику. — Бей его ребята! крикнулъ герой въ ответъ. Ребята сейчасъ же набросились на несчастнаго, повалили его на полъ, били чѣмъ и куда попало, а самъ К—скій такъ остервенѣлъ, что ударомъ каблука выбиваетъ у г. Новоселова три зуба! Избитаго и окровавленнаго его отправили въ караульный домъ, откуда выпустили только на слѣдующій день. Съ тремя выбитыми зубами въ рукахъ, медицинскимъ свидѣтельствомъ и прошеніемъ на имя г. Якутскаго губернатора объ избавленіи его на будущее время отъ каблуковъ г. К—скаго г. Новоселовъ отправился въ полицейское управленіе, но тамъ не только не приняли прошенія для отправки, но тутъ же на его глазахъ помощникъ исправника изорвалъ поданныя бумаги, а самаго подателя велѣлъ вывести. Неизвѣстно: заступится ли безпристрастная Өемида за оскорбленное человѣческое достоинство и воздастъ ли оскорбителю по заслугамъ его, но нѣтъ сомнѣнія, что заслуги его велики, ибо это не единственный случай его геройскихъ подвиговъ.

Заговоривъ о герояхъ кулачнаго права, не могу умолчать о слѣдующемъ характерномъ для нашего захолустья случая.

Дѣйствіе происходило въ городѣ В—скѣ. Въ домѣ одного обывателя собрались гости. Вокругъ зеленаго стола собралась вся наша знать. Къ столу подходитъ пьяный Несчастливцевъ; беретъ одну карту, другую, третью и въ нѣсколько минутъ проигрываетъ послѣдніе 15 руб. Раздocaдованный проигрышемъ онъ начинаетъ шумѣть и ругаться. — Ты, обращается онъ къ одному игроку, хотя и обѣленъ сѣдинами, но обираешь якутовъ самымъ безжалостнымъ образомъ; а ты берешь взятки, говоритъ онъ другому и всѣ вы здѣсь грабители и мошенники. Вотъ и меня обобрали... а все таки честнѣе васъ, взятокъ не беру... на с-об-с-т-в-ен-ное жалованье живу. Но тутъ одинъ изъ обиженныхъ не выдержалъ. — Господа, сказалъ онъ, выведемъ крикуна на арканѣ! И счастливая мысль была сейчасъ же приведена въ исполненіе. Достали веревку, сдѣлали петлю и надѣли ее на шею Несчастливцева. Свободными концами аркана завязали ему руки и на саняхъ отправили домой.

Отъ героевъ кулачнаго права перейдемъ къ другому роду героевъ, бьющихъ не по спинамъ, а по карману.

Предо мною лежитъ весьма интересный документъ, показывающій, какъ люди ухитряются служить въ одно и то же время и Богу и Мамонѣ. Документъ этотъ — счетъ выписанный для нашей убогой больницы медикаментовъ изъ иркутской аптеки г. Измайлова. Изъ выписанныхъ медикаментовъ на 1835 р. 21 к., аптека уступила намъ 22,96 проц., оцѣнивая всѣ медикаменты по таксѣ 1881 г. При первомъ взглядѣ на аптекарскій счетъ бросается въ глаза 800 гвоздей, употребленныхъ для забивки 18 новыхъ, въ аршинъ длины, ящиковъ! Положимъ гвозди не дорого стоятъ, всего 8 руб., но, во первыхъ, въ ящикахъ нѣтъ столько гвоздей: во вторыхъ, это только прелюдія къ самому счету. «За обшивку 18 ящиковъ, читаемъ мы въ счетѣ, въ сыромятную кожу съ матеріаломъ и работой 360 р. (!)» Въ общей сложности укупорка медикаментовъ въ 18 ящ. стоитъ 514 р. 70 к., т.е. почти 40 проц. стоимости медикаментовъ. Если изъ общей стоимости вычтемъ великодушно сдѣланную намъ уступку въ 22,96 проц., то получимъ, что въ каждомъ ящикѣ заключается медикаментовъ на 57 р. 105/6 к. и самый ящикъ стоитъ 21 р. 414/9 к.

Бѣлая нитка, которою сшитъ гешефтъ аптеки г. Измайлова, ясна теперь всѣмъ и я не сталъ бы больше утомлять вниманіе читателя, еслибъ не слѣдующее обстоятельство. Въ концѣ счета ниже подписи г. Залештейгмана, управляющаго аптекою, мы читаемъ: «таксировка означенныхъ въ семъ счетѣ медикаментовъ провѣрена согласно таксѣ 1881 г. и оказалась правильною, въ чемъ Иркутская врачебная управа завѣряетъ». Заглянемъ въ счетъ. Первая страница, вторая строка: Acidum Benzoicum 1 ф. - 24 р. 60 к., а по таксѣ 1881 г. — 18 р., смотримъ дальше. Bismuth nitricum 1 ф. — 7 р. 20 к. по таксѣ вѣрно; Natri Salicul 12 ф.—17 р. 28 к,—по таксировкѣ 14 р. 46 к. Chiuinum Sulfir 1 ф. по таксѣ 1881 г. — 81 р., по таксѣ же аптеки г. Измайлова 97 р. 20 к. Что сказать, читатель, про завѣреніе Иркутской врачебной управы? Поставимъ ей вопросительный знакъ.

Изъ Якутска пишутъ о повторяющихся тамъ постоянно кражахъ. У инородца Н—ва покрадено нѣсколько штукъ рогатаго скота; у торгующаго А—ва похищено чрезъ взломъ амбара около 60 пуд. топленаго масла. Ни покраденное, ни виновные не розысканы и даже слѣдствія по этимъ дѣламъ не произведено. За послѣдніе три года ни одна изъ кражъ, кажется, не была обнаружена. Да и сама полиція не желаетъ что-либо дѣлать, высказываясь, что право и обязанность въ отысканіи покраденныхъ вещей лежатъ на самихъ обворованныхъ лицахъ. Въ такомъ же положеніи находятся и др. дѣла, какъ напр.: о подкопѣ, произведенномъ арестантами въ острогѣ лѣтомъ, прошлаго года; о трупѣ, найденномъ близь солдатскихъ лагерей, съ израненнымъ тѣломъ и разбитымъ черепомъ.

«Сиб.Газ» №8, 19 фев.1884

Изъ Жиганска пишутъ. Одна бѣда не ходитъ, а ведетъ за собой другую. Не успѣли одуматься отъ разбоевъ, производимыхъ оспой, какъ съ верховья пришелъ пароходъ «Лена». — Рыба есть? — Какъ рыбѣ не быть: тѣмъ живемъ. — Продаете? —А пошто даромъ. — Ну, тащите на пароходъ. Притащили, свалили. — Денежки пожалуйте. — Деньги на берегу. Сошли на берегъ, а пароходъ засвисталъ, запыхтѣлъ, да и былъ таковъ. Пустились догонять на лодкѣ, — не догнали. А на пароходѣ какой-то низенькій, пузатенькій господинъ стоитъ да раскланивается. Благодаритъ, значитъ. Такъ рыбка наша и ушла вверхъ золотую икру метать.