Нищіе въ Якутскѣ.

 

«Сибирскiй вѣстникъ» №137, 24 ноября 1893

Когда идешь по улицамъ г. Якутска, невольно бросаются въ глаза толпы снующихъ оборванныхъ и грязныхъ нищихъ. Движеніе этихъ оборванныхъ массъ становится особенно оживленнымъ по субботамъ. Пріѣзжій, не знающій особенностей этого города, ужаснется отъ громаднаго количества протянутыхъ рукъ, просящихъ подаянія. По субботамъ цѣлыя сотни этихъ нищихъ ходитъ изъ дому въ домъ и напѣваютъ свои жалобные напѣвы, прося кусокъ хлѣба «ради Христа». Эти напѣвы по субботамъ продолжаются чуть ни до 2 часовъ дня, начиная съ 8—9 ч. утра. Эта заунывная пѣснь тянется почти непрерывно: кончитъ одинъ, приходитъ другой, третій и такъ безъ конца. Иной разъ подъ окномъ соберется человѣкъ десять и болѣе; всѣ они начинаютъ свои причитанья, получается раздирающій душу напѣвъ, исполняемый хоромъ этихъ бѣдныхъ, оборванныхъ нищихъ. Слышится въ этомъ хорѣ и дребезжащій голосъ старика и голосъ ребенка; вдругъ выдѣлится гнусливый, отъ провалившагося носа, голосъ старухи, услышится также здѣсь сильный голосъ, исходящій изъ здоровой, крѣпкой груди. Всѣ эти голоса, стоя подъ окномъ, выпрашиваютъ кусокъ хлѣба «ради Христа»! Подобныя картины происходятъ почти подъ каждымъ окномъ. Нищіе эти выспрашиваютъ другъ друга, гдѣ подаютъ и гдѣ не подаютъ милостыни. Гдѣ имъ подаютъ, тамъ почти цѣлый день кишитъ эта толпа оборванныхъ. А такихъ домовъ, подъ окнами которыхъ слышны эти заунывные напѣвы, насчитывается очень много. Подобнаго рода помощь вошла здѣсь, какъ и во многихъ другихъ городахъ, въ обычай. Этому обычаю слѣдуютъ почти всѣ наши богобоязненные граждане. Относительно противодѣйствія этому «доброму обычаю» ничего не слыхать. Только очень рѣдко кто-нибудь изъ подающихъ милостыню, увидя здороваго мужика, скажетъ: «ты, братъ, могъ бы работать, посмотри — вѣдь ты молодцомъ выглядываешь»! Но, получивъ отвѣтъ, что работы нѣтъ, подающій, сознавая правоту этихъ словъ, ужъ больше не спрашиваетъ, можетъ или не можетъ работать просящій милостыню. Кромѣ того, это ужъ заведено съ изстари, какъ-же можно послѣ этого не подавать, грѣхъ! Такъ мыслятъ всѣ наши богобоязненные граждане г. Якутска. Часто этотъ обычай нарушается пріѣзжими, но и тѣ, не желая разрушить мѣстныхъ добрыхъ обычаевъ, начинаютъ подражать имъ.

Можно сказать, что подобное явленіе трудно сыскать гдѣ бы то ни было въ другомъ мѣстѣ, это чисто мѣстное явленіе. Для примѣра возьмите любой городъ. Я, напр., нигдѣ не встрѣчалъ подобнаго явленія. Есть положимъ нищіе вездѣ, но въ такомъ громадномъ количествѣ, сравнительно съ численностью населенія, и съ такими пріемами ихъ нигдѣ нѣтъ. Ну, встрѣтишь иной разъ гдѣ-нибудь сидящаго нищаго, съ протянутой за подаяніемъ рукой, ну наконецъ два, три, четыре, пять, но никакъ не больше. А здѣсь ходятъ цѣлыми десятками. Кромѣ того, нищіе обыкновенно сидятъ гдѣ нибудь на какомъ нибудь «бойкомъ мѣстѣ» — на улицѣ или около церкви. Здѣсь же вся эта масса ходитъ изъ дому въ домъ, какъ я уже говорилъ объ этомъ.

Мало того, что подобнаго рода явленія страшно истязаютъ душу каждаго человѣка, они еще вносятъ страшное деморализующее вліяніе. Человѣкъ, пришедшій съ какихъ нибудь дальнихъ краевъ съ желаніемъ отыскать себѣ работу, находитъ вмѣсто этого безработицу и массу праздныхъ людей, шатающихся съ протянутой за подаяніемъ рукой. Искавшій работу естественно попадаетъ въ эту компанію. Благо грошей въ протянутую руку попадаетъ порядочно: есть на что не только прокормиться, но и погулять въ какомъ нибудь кабачкѣ, а таковыхъ на каждомъ перекресткѣ можно найти. Привыкнувъ напиваться на собранные гроши, многіе нищіе, которымъ вмѣсто денегъ даютъ хлѣбъ, бросаютъ его тутъ-же собакамъ, говоря, что этого барохла у нихъ и такъ достаточно. Недавно, съ открытіемъ «дешевой столовой», стали вмѣсто денегъ давать билеты на обѣдъ, но и этотъ способъ не привелъ къ желаннымъ результатамъ: нищіе продаютъ эти билеты и деньги несутъ въ кабакъ. Большинство изъ якутскихъ нищихъ — люди сильные, здоровые, способные для любой работы. Но отчего, спроситъ читатель, эти здоровые, способные къ труду нищіе не работаютъ, а просятъ милостыню? Подобное занятіе не можетъ быть пріятно самому испорченному человѣку. Да, это занятіе сначала страшно коробитъ человѣка, особенно новичка, но обстоятельства заставляютъ сродниться съ этимъ. А потомъ это занятіе, благодаря своей лѣности, становится даже пріятнымъ. О прибыльности этого «ремесла» всякій знаетъ. Есть, говорятъ, такіе нищіе, которые даже скопили себѣ кругленькіе капитальцы. Можетъ быть и среди якутскихъ нищихъ есть похожіе на ту нищенку Парижа, недавно умершую, которая не только скопила себѣ капиталъ, но и обладала рѣдкостями, вродѣ картины Рафаэля въ оригиналѣ. Значитъ, если разсматривать этотъ промыселъ со стороны его выгодности, то занимающійся имъ нисколько не пострадаетъ. А другая сторона человѣческой жизни, такъ называемая интеллектуальная, въ какомъ положеніи она находится? Про нее нечего и упоминать при этомъ положеніи! Разъ попалъ человѣкъ на эту дорогу, то его умственный и нравственный обликъ сначала затемняется, становится темнѣе и темнѣе, а потомъ становится совсѣмъ невидимымъ. Грязь, сопровождаемая этимъ промысломъ, накладываясь на человѣка пластами, закрываетъ его, и вмѣсто человѣка тогда ходить комокъ грязи, непроизвольно выкрикивающій: подайте, подайте...

Однако, чѣмъ же объясняется такое ужасающее развитіе нищенства? Объясняется чисто мѣстными условіями. Главная причина тутъ кроется въ ссыльномъ элементѣ. Куда дѣваться такому громадному количеству пришлаго элемента, который съ каждымъ годомъ становится все больше и больше, при такомъ отсутствіи какой-бы то ни было промышленности? Не можетъ же весь этотъ людъ пристроиться къ скопцамъ-земледѣльцамъ или къ якутамъ-скотоводамъ. Вѣдь и эти отрасли якутскаго хозяйства очень мало развиты и тутъ требуется очень незначительное число работающихъ рукъ. Кустарная промышленность тоже не требуетъ увеличенія работающихъ, фабричной-же промышленности въ Якутскѣ и въ поминѣ не было. Неужели же нѣтъ какой нибудь фабрики въ такой громадной области какъ якутская, спроситъ читатель? Нѣтъ и никто не старается заводить ихъ. Фабрики дѣло опасное, съ ними можно прогорѣть и безъ нихъ наживаютъ деньги. Завелъ себѣ лавочку, винный складъ, какъ это дѣлаютъ К. А. Э. и достаточно. При такомъ веденіи дѣлъ и хлопотъ меньше, да и страховъ нѣтъ. А заведи фабрику, набери голытьбы, да и возись съ ней; у насъ кстати работники-то все народъ сосланный, прошедшій огонь и воду. Ну, гдѣ тутъ быть фабрикамъ: грѣхъ только съ ними выйдетъ одинъ!., Такъ разсуждаютъ всѣ наши капиталисты. Узкость взгляда, непониманіе не только общественныхъ интересовъ, интересовъ голодной, оборванной, погрязшей въ грязи и порокахъ толпы (имъ нѣтъ до нихъ никакого дѣла), но и непониманіе своихъ собственныхъ вполнѣ выражается во внѣшней дѣятельности якутскихъ тузовъ-капиталистовъ. Предположимъ даже, что одному лицу трудно справиться съ какой-бы то ни было фабрикой, за неимѣніемъ крупныхъ капиталовъ. Отчего же въ такомъ случаѣ не составить ассоціацію и не сгруппировать капиталовъ? Значитъ, отсутствіемъ капиталовъ нельзя оправдываться. А гдѣ же спросъ на фабричныя издѣлія, спросятъ меня? Развѣ можно сомнѣваться въ томъ, что товаръ можетъ залежаться или не выдержать конкуренціи? Относительно перваго можно сказать, что такая громадная область, какъ Якутская, будетъ потреблять громадное количество производствъ. Второй-же пунктъ падаетъ самъ собой, такъ какъ конкуренціи не можетъ быть ни со стороны мѣстной производительности, такъ какъ таковой нѣтъ, ни со стороны внѣшняго подвоза, принимая во вниманіе затруднительность его, благодаря отсутствію удобныхъ путей сообщенія. Не имѣя въ виду детальную разработку вопроса о фабричной дѣятельности въ Якутской области, скажу только, что отъ капиталистовъ вполнѣ зависитъ рѣшеніе этого вопроса въ ту, или другую сторону, вѣрнѣе, это зависитъ отъ широты или узкости взгляда на дѣло, отъ пониманія и не пониманія своихъ и чужихъ интересовъ. Отъ дѣятельности якутскихъ капиталистовъ зависитъ дать или не дать честный заработокъ ищущимъ работы и тѣмъ спасти многія сотни душъ отъ того мрака и смрада, въ который попадаетъ, можетъ быть, честный человѣкъ, благодаря отсутствію работы. Отъ капиталистовъ зависитъ прекратить или, по крайней мѣрѣ, уменьшить тѣ заунывные напѣвы, которые слышатъ теперь якутскіе граждане подъ своими окнами и которые несутся къ небесамъ и призываютъ во свидѣтели ихъ, что не они виновны въ своихъ порокахъ, а тѣ, кто довелъ ихъ до этого. Неужели-же Якутску придется ждать того, чтобы за этихъ бѣдняковъ вступился какой нибудь Бутсъ со своей «арміей спасенія»? Неужели у насъ нѣтъ такихъ якорей, ухватившись за которые можно-бы было спастись отъ потопленія? Есть должно быть они, да намъ то пока не видно ихъ. Подождемъ, авось, кто нибудь увидитъ!

Когда смотришь на эти массы оборванныхъ нищихъ, то думаешь, гдѣ-же они помѣщаются, куда загоняютъ это стадо голодныхъ волковъ? Это такой городъ, гдѣ и состоятельный едва найдетъ пріютъ, а эти нищіе куда дѣваются? Впрочемъ, въ Якутскѣ есть, такъ называемый, «ночлежный домъ», небольшой, одноэтажный, оконъ въ восемь, должно быть вся эта масса тамъ и ночуетъ. Печальная картина! Хотя-бы администрація города позаботилась умѣстить какъ нибудь поудобнѣе эту голытьбу по улусамъ что-ли, только, конечно, не на шею якутовъ, какъ это дѣлалось до нашихъ дней, или придумать что-нибудь болѣе цѣлесообразное. Нужно замѣтить, что почти вся администрація города состоитъ членами Благотворительнаго общества, которое взялось заботиться о бѣдныхъ г. Якутска. Не можетъ же это общество ограничиться такой мизерной дѣятельностью, какой отличалось до сего дня, т. е. подаваніемъ какихъ-то грошей. Намъ кажется, что нравственная обязанность этого общества позаботиться о тѣхъ, кто ищетъ работы или протягиваетъ руку за подаяніемъ, и помогать не какой нибудь мимолетной помощью, которая только развращаетъ получающаго, а помочь такъ, чтобы просящій милостыню могъ стать на ноги и идти уже дальше безъ посторонней помощи. Конечно, подобнаго рода дѣятельность возможна только при стройности организаціи общества и при ясно выработанныхъ программахъ дѣйствій.

Пожелаемъ этому обществу расширить и урегулировать свою дѣятельность такъ, чтобы голоса нищихъ не раздавались болѣе подъ окнами, а частныя милостыни не способствовали пьянству и окончательному паденію этихъ голосящихъ голодныхъ... Пусть помогаетъ, по крайней мѣрѣ, этимъ бѣднымъ существамъ филантропія, если не могутъ взяться за это наши практическіе люди, не понимающіе ни своихъ, ни чужихъ интересовъ...

Н. П.