Смерть даровитаго инородца.

Некрологъ Е. Д. Николаева.

Восточное обозрѣнiе» №44, 6 ноября 1888

Голова Батурусского улуса Е.Д. Николаев. 1883. Санкт-Петербург.
Голова Батурусского улуса Е.Д. Николаев. 1883. Санкт-Петербург.

Изъ якутской области получено извѣстіе о преждевременной кончинѣ въ ботурусскомъ улусѣ Егора Дмитріевича Николаева, бывшаго головою и письмоводителемъ улуса. Будучи выдающейся личностью среди якутовъ, онъ былъ посланъ въ 1883 году депутатомъ отъ якутовъ на коронацію нынѣ царствующаго Государя Императора. Е. Д. Николаевъ дѣйствительно былъ образованнымъ и даровитымъ представителемъ своего племени. Учился онъ до 6-го класса въ якутской прогимназіи и затѣмъ самостоятельно развивался, движимый собственной любознательностью. Вліянія русскихъ интеллигентныхъ людей помогли Николаеву усвоить взгляды просвѣщенной среды и понять преимущества цивилизаціи. Подъ вліяніемъ этихъ взглядовъ онъ понялъ, какая бездна отдѣляетъ его бѣдныхъ сородичей и это заставило его съ особеннымъ чувствомъ отнестись къ ихъ судьбѣ. Онъ не только не порвалъ связи съ родной средою, но явился заступникомъ за интересы своего племени, изучивъ нужды и положеніе инородцевъ. Какъ письмоводитель и голова, онъ своими способностями сдѣлался извѣстенъ администраціи; въ качествѣ депутата онъ писалъ и подавалъ обширныя записки о положеніи якутовъ бывшему Генералъ-губернатору Восточной Сибири Анучину, а во время пребыванія въ столицѣ подавалъ такія-же записки въ различныя министерства. Въ нихъ онъ указывалъ тѣ мѣры къ улучшенію инородческаго быта, которыя по его мнѣнію должны быть приняты. Онъ указывалъ на необходимость просвѣщенія якутовъ и увеличенія школъ, на улучшеніе экономическаго быта якутовъ, наконецъ, на необходимость прекращенія причисленія къ якутскимъ обществамъ уголовныхъ ссыльныхъ, которые ложатся бременемъ и причиняютъ вредъ инородцамъ. По возвращеніи изъ Москвы и Петербурга, гдѣ Е. Д. Николаевъ жадно усвоивалъ все лучшее, онъ ревностно началъ заботиться о школѣ для якутовъ въ своемъ улусѣ. Обезпечилъ школу прекраснымъ учителемъ, снабдилъ ее всѣми пособіями. Въ его школѣ образцово поставленной было до 40 мальчиковъ. Обширные и глубокіе планы создавались въ его умѣ. Онъ мечталъ распространить образованіе между якутами, подготовить честныхъ и развитыхъ письмоводителей въ улусахъ для успѣха общественнаго управленія, безкорыстно преданный населенію, съ своими стремленіями къ общественному служенію, съ желаніемъ помощи несчастнымъ сородичамъ, Николаевъ представлялъ контрастъ той средѣ, которая ставила себѣ цѣлью только эксплоатировать якутовъ. Онъ отличался и отъ тѣхъ сородичей, которые, обрусѣвъ, усвоиваютъ лишь самое дурное изъ цивилизаціи и проникаются своекорыстными и коммерческими стремленіями. Николаевъ не могъ примириться съ окружающими злоупотребленiями и возбуждалъ всегда безпокойство своими стремленіями въ тѣхъ, кто смотрѣлъ на инородцевъ какъ на предметъ для наживы. На Николаева нерѣдко дѣлались доносы, противъ него велись интриги. Но онъ оставался вѣренъ себѣ, не смотря ни на что.

Мы знали эту прекрасную личность, скромную, но воодушевленную лучшими стремленіями, были свидѣтелями пробужденія его мысли. Онъ умеръ рано — 30 лѣтъ, и умеръ скоропостижно. Во всякомъ случаѣ Е. Д. Николаевъ можетъ быть причисленъ къ лучшимъ, даровитѣйшимъ людямъ, выходившимъ изъ инородческой среды.

Такіе люди доказываютъ, что способности и дарованія якутовъ, какъ и другихъ сибирскихъ племенъ, при лучшихъ условіяхъ, могли бы болѣе благотворно проявить себя. Лучи свѣта и образованія, проникающіе въ среду инородцевъ, дѣлаютъ свое дѣло. Появленіе просвѣщенныхъ инородцевъ заставляетъ надѣяться, что инородческому люду можетъ быть суждено не одно вымираніе, но также обновленіе и культурное развитіе.

Якутъ о якутской землѣ.

«Восточное обозрѣнiе» №7, 12 февраля 1889

Положеніе якутской области по своимъ исключительнымъ климатическимъ условіямъ, по той борьбѣ съ природою, которую ведетъ здѣсь населеніе, по отчужденности, оторванности отъ остальнаго міра и, наконецъ, по характеру населенія, принадлежащаго къ простымъ первобытнымъ племенамъ, испытывающимъ всѣ невзгоды жизни болѣе чувствительно, — заслуживаетъ наибольшихъ заботь и вниманія. Администрація, видя это исключительное положеніе края, давно уже останавливаетъ на немъ свое вниманіе, но она сплошь и рядомъ безсильна совладать съ трудностью задачъ, выдвигаемыхъ жизнью; что касается населенія, то молчаливыя страданія его изъ года въ годъ и драматизмъ положенія, въ которомъ находится здѣсь инородецъ, чувствующій свою гибель и не знающій, чѣмъ и какъ помочь себѣ, возбуждали сожалѣніе не одного образованнаго человѣка, закинутаго въ эту глухую мѣстность. Невольно является вопросъ: гдѣ искать выхода этому населенію, въ чемъ его спасеніе среди полярной пустыни? Какова судьба, наконецъ, этого населенія въ будущемъ? Осуждено-ли оно на гибель, или есть еще для него надежда въ отдаленномъ будущемъ преобразиться, получить обновленіе и стать способнымъ къ борьбѣ съ природою и неблагопріятными условіями окружающей обстановки? Въ виду этого вопроса мысль останавливается на томъ, насколько само якутское населеніе представляетъ въ себѣ жизненной силы и природныхъ задатковъ къ измѣненію условій своей обстановки. Намъ кажется, что нѣкоторыя черты въ жизни области и характеръ населенія нынѣ представляютъ извѣстную возможность думать, что не потеряны еще надежды на лучшее. Эти данныя заключаются какъ въ характерѣ и способностяхъ якутскаго племени, обнаружившаго нѣкоторое самостоятельное культурное движеніе, такъ и въ способности его воспринимать кое-что изъ высшей культурной среды *). Всѣ путешественники, кончая проницательнымъ Миддендорфомъ, не отрицали дарованій и проблесковъ способностей у якутовъ; конечно, эти дарованія и способности должны выступить опредѣленнѣе при соприкосновеніи съ образованной средой и при умственномъ совершенствованіи путемъ воспитанія. Примѣры образованныхъ якутовъ лучше всего докажутъ, насколько якутское племя воспріимчиво, насколько оно можетъ собственными силами подняться до высшаго культурнаго уровня. Въ этомъ случаѣ мы хотимъ указать на рѣзко выдавшійся примѣръ якутскаго самосознанія и саморазвитія, который показываетъ, къ чему это населеніе способно. Доселѣ якуты довольно легко воспринимали русскіе обычаи, большинство изъ нихъ — православные, по крайней мѣрѣ, по внѣшности, въ строѣ ихъ жизни много заимствованій, но тѣмъ не менѣе, сказать, что высшее духовное развитіе доступно имъ, что въ нихъ лежатъ задатки гражданскаго пониманія, ясно сознанная цѣль своего существованія, — едва-ли кто рѣшился-бы.

*) Якуты явились на сѣверъ, какъ говорятъ преданія и исторія, съ юга и принесли съ собою извѣстныя культурныя наклонности; они стояли даже выше другихъ аборигеновъ и вытѣснили ихъ. Прошлое якутовъ весьма мало изучено, но жилища, полуосѣдлая обстановка ихъ, сохранившіяся ремесла показываютъ, что это была вѣтвь того тюрскаго или туранскаго племени, которая когда-то достигла извѣстныхъ культурныхъ пріемовъ и развитія въ Средней Азіи.

Но вотъ въ послѣднее время есть нѣкоторые признаки, убѣждающіе въ томъ, что якуты, получившіе образованіе, становятся не менѣе образованными людьми, чѣмъ люди европейской расы, что имъ не только доступна любознательность, но что они вырабатываютъ извѣстное міросозерцаніе, — а это уже продуктъ собственной практики, результатъ собственнаго мышленія, плодъ собственной умственной работы; мало того, мы видимъ, что такія выдающіяся личности проявляютъ извѣстную энергію и настойчивость въ выясненіи себѣ своего существованія и жизни своего племени, стремятся выйти изъ тѣхъ путъ и затрудненій, которыя сковали ихъ жизнь, наконецъ, — что еще дороже, — мы видимъ, что собственное ихъ развитіе не помѣшало имъ любить свое племя, — напротивъ его несчастіе, его невѣжество, его печальная судьба только болѣе горячо заставили ихъ относиться къ несчастнымъ братьямъ и поднять всѣ свои силы до высшаго напряженія энергіи въ хлопотахъ и заботахъ объ облегченіи судьбы ихъ. Къ такимъ личностямъ и выдающимся отраднымъ явленіямъ принадлежалъ недавно умершій якутъ, улусный голова, Егоръ Дмитріевичъ Николаевъ. Получивъ русское образованіе, онъ всецѣло отдался заботамъ о нуждахъ якутовъ и о томъ, какія средства могутъ вывести ихъ изъ бѣдственнаго экономическаго положенія. Мы разсказали въ некрологѣ покойнаго о ходѣ его развитія и участіи, которое онъ принималъ въ дѣлахъ управленія инородцевъ, но служебное положеніе было не все, чѣмъ онъ выдвинулся изъ среды якутовъ, — мало-ли бываетъ разныхъ улусныхъ старость и писарей, служащихъ и незамѣтно кончающихъ вѣкъ? Нѣтъ! благодаря своему развитію, онъ создалъ самъ себѣ гражданское общественное дѣло и намѣтилъ цѣль, въ стремленіе къ которой вложилъ свою душу, всѣ свои силы. Существованіе его не прошло безслѣдно, какъ и многіе его хлопоты и труды. Памятники объ его общественной дѣятельности мы и считаемъ обязанностью сохранить, какъ поученіе для тѣхъ его собратьевъ, которые проявили-бы тѣже признаки самосознанія, какъ видныя доказательства, что среди племенъ, доселѣ обреченныхъ на жалкое существованіе, при извѣстныхъ условіяхъ тепла и свѣта, могутъ явиться проблески духовной жизни, тѣже человѣческія стремленія въ лучшемъ смыслѣ слова, которыя служатъ самымъ вѣрнымъ залогомъ ихъ спасенія и обезпеченія ихъ будущности, — вотъ введенiе, которое мы желали сдѣлать къ прилагаемымъ запискамъ, составленнымъ якутомъ Е. Д. Николаевымъ о современномъ экономическомъ положеніи якутовъ.

Покойный Е. Д. Николаевъ представлялъ начальству не одну докладную записку о положеніи якутовъ и ихъ бытѣ. Когда-то извлеченіе изъ такой записки было напечатано въ «Восточномъ Обозрѣніи». И нынѣ также мы извлекаемъ изъ такой записки все, что касается современнаго экономическаго быта якутовъ; такъ какъ покойный имѣлъ въ рукахъ всегда много статистическихъ данныхъ объ области и самъ наблюдалъ жизнь, то всѣ его записки и представленія всегда носили характеръ обстоятельнаго изслѣдованія.

«Начну съ экономическаго положенія жителей. Какъ я уже докладывалъ ранѣе, главнымъ источникомъ благосостоянія мѣстныхъ жителей служитъ скотоводство и, только какъ подспорье къ скотоводческому хозяйству, является земледѣліе. Слѣдовательно, по большему или меньшему количеству скота, слѣдуетъ судить о той или другой степени благосостоянія населенія. Между тѣмъ, если сравнить оффиціальныя данныя за 1879 и 1884 года (отчетъ якутскаго статистическаго комитета), то должно придти къ несомнѣнному заключенію, что съ 1879 г. экономическое положеніе населенія ухудшилось и благосостояніе его уменьшилось по количеству скота, въ громадной пропорціи, какъ это видно изъ слѣдующей таблицы:

Было:

Въ Якутской области

Въ Якутскомъ округѣ

Въ 1879 г.

Въ 1884 г.

Убыль

Въ 1879 г.

Въ 1884 г.

Убыль

Рогатаго скота

264499

230905

33594

173968

147847

26121

Коннаго

145554

122975

22579

83896

58733

25163

ИТОГО

410053

353880

56173

257864

206580

51284

Эти цифры доказываютъ уже не медленный приростъ скота, какъ было въ предъидущее девятилѣтіе (съ 1870 по 1879 г.), а сильный упадокъ скотоводства, ведущій къ неизбѣжному раззоренію. Изъ приведенныхъ данныхъ видно, что въ теченіи пятилѣтія съ 1879 по 1884 г. количество скота по всей якутской области уменьшилось на. 56,173 штуки, причемъ на одинъ Якутскій округъ приходится 51,284 штуки, а на остальные округа только 4,889 штукъ. Причиною такого быстраго уменьшенія скота въ Якутскомъ округѣ, самомъ населенномъ и обладающемъ, сравнительно съ другими округами, большимъ количествомъ скота, слѣдуетъ считать неблагопріятные 1883 и 1884 года, ознаменовавшіеся для здѣшняго края недостаткомъ сѣна отъ наводненія — съ одной стороны и падежомъ скота — съ другой; раззореніе мѣстнаго населенія, вызванное этими двумя бѣдствіями, доказывается, между прочимъ, и тѣмъ, что многія общества Батурускаго улуса вынуждены были ходатайствовать о закрытіи содержимаго ими амгинскаго народнаго училища, единственнаго при населеніи около 5,000 душъ обоего пола, не смотря на ихъ сознаніе всей пользы грамотности, и, какъ на причины такого рѣшенія, они прямо указываютъ въ своихъ общественныхъ приговорахъ на 1883 и 1884 годы, окончательно подкосившіе ихъ хозяйство, а также на все увеличивающійся наплывъ ссыльныхъ, которыхъ имъ приходится содержать на свой счетъ и отдавать въ ихъ пользованіе лучшіе участки своихъ земель. Такимъ образомъ, ясно обнаруживается въ высшей степени ненормальное явленіе: инородцы принуждены жертвовать первоначальнымъ образованіемъ своихъ дѣтей, этимъ единственнымъ несомнѣннымъ источникомъ свѣта для темной массы населенія, въ пользу элемента пришлаго, безнравственнаго и неспособнаго ни къ какому труду.

Но если, съ одной стороны, наводненія причиняютъ громадныя бѣдствія для мѣстныхъ жителей, то, съ другой стороны, и противоположное явленіе, именно засуха, наноситъ немаловажный ущербъ хозяйству инородцевъ. Такъ въ нынѣшнемъ 1885 году, вслѣдствіе отсутствія дождей и истощенія влаги, еще оставшейся въ землѣ отъ обильнаго дождями 1883 года, урожай травъ былъ очень плохъ, — трава была рѣдкая и мелкая, — и потому сѣна накошено противъ прошлаго 1884 г. почти вдвое менѣе. Благодаря бездождію минувшаго лѣта, ростъ хлѣбовъ замедлился, и ¾ всего посѣва сдѣлались жертвою инея, бывшаго въ ночь съ 4-го на 5-е августа, и только ¼ посѣва, самая ранняя, дала ничтожное количество попорченнаго и негоднаго на сѣмена хлѣба. Въ результатѣ повсемѣстная дороговизна на сѣно и хлѣбъ: пудъ ячменя стоитъ 3 руб. (пудъ ржаной муки въ г. Якутскѣ стоитъ 3 руб. 70 коп., пудъ пшеничной 4 руб.), а возъ сѣна стоить отъ 2 до 3 руб. Такая дороговизна неизбѣжно увеличиваетъ процентъ преступленій противъ собственности, какъ это уже обнаружилось въ слишкомъ частой кражѣ скота въ послѣднее время.

Принимая во вниманіе, что такія народныя бѣдствія, какъ засуха, наводненія и сопряженные съ ними неурожай хлѣба безсѣнница и падежъ скота наступаютъ здѣсь періодически и составляютъ явленіе обыкновенное, мы приходимъ къ неизбѣжному выводу, что населеніе области, находящееся въ такихъ неблагопріятныхъ условіяхъ, должно быть по возможности облегчаемо отъ побочныхъ условій, вредно вліяющихъ на его экономическое и нравственное развитіе».