«Сибирь» №2, 13 января 1880

Намъ передаютъ нѣсколько случаевъ неисправной доставки писемъ. Нѣсколько времени назадъ былъ случай, что нѣсколько писемъ, отправленныхъ и полученныхъ здѣсь съ значительными промежутками времени, были доставлены по адресу въ одинъ и тотъ же день уже гораздо позже. Все это едва ли можно приписать одной только небрежности почтальоновъ, которые перемѣняются довольно часто; да вѣдь долженъ же кто нибудь смотрѣть и за почтальонами.

Жалобы слышатся и изъ другихъ мѣстъ и городовъ. Такъ изъ Якутска намъ пишутъ: вамъ конечно извѣстно, что газета „Сибирь“, выходя по воскресеньямъ, прежде отправленія на Якутскій трактъ, должна пролежать цѣлую недѣлю въ иркутской почтовой конторѣ, такъ какъ почта отходитъ изъ Иркутска въ Якутскъ по субботамъ.

Черпая многія свѣдѣнія, въ особенности телеграфныя, изъ единственнаго своего мѣстнаго органа печати, газеты „Сибирь“, мы рады-не-рады бываемъ, если дождемся и пролежавшаго недѣлю въ Иркутскѣ №-ра „Сибири“, который должна привозить къ намъ каждая почта, ибо она приходитъ тоже только разъ въ недѣлю. Но въ послѣднее время начали повторяться случаи неполученія номеровъ газеты съ приходящею почтою. Такъ съ почтой изъ Иркутска отъ 5 мая въ Якутскѣ не получено № 17-го „Сибири“, который получился со слѣдующей почтой вмѣстѣ съ № 18-мъ; съ почтой отъ 23 іюня не получено № 24-го, который также получился со слѣдующей почтой съ № 25. Тоже самое случится вѣроятно и съ № 42-мъ, котораго мы не получали съ послѣдней, отъ 28 октября, почтой.

Не полученіе своевременно въ Якутскѣ, и должно быть по всему тракту, по крайней мѣрѣ намъ положительно извѣстно, что съ неполученіемъ „Сибири“ въ Якутскѣ, она не получается и въ Олекминскѣ, — въ тоже время не получаются и „Иркутскія губернскія вѣдомости“. Неаккуратность простирается и на частную корреспонденцію. Однимъ изъ насъ недавно получено письмо, пролежавшее почти цѣлый мѣсяцъ, что доказываютъ находящіяся на письмѣ клейма Ир. Кон. „29 Сентября“ и „21 Октября“, въ первое число оно вѣроятно было принято, а въ послѣднее отправлено.

«Сибирь» №7, 22 февраля 1881

ВИТИМЪ, 26 января. Сегодня съ прибывшею якутскою почтою получено извѣстіе, что на станціи Тинской, якутской области, была украдена денежная сума, слѣдовавшая съ иркутскою почтою, прошедшею здѣсь 19 числа, но, благодаря расторопности сопровождающаго ту почту, потеря была найдена не далеко отъ станціи, въ огородѣ. Похищеніе было сдѣлано, какъ полагаютъ, поселенцами, находившимися, во время прибытія почты на станціи. Слѣдовало-бы обратить особенное вниманіе на то, что по здѣшнему тракту нерѣдко почты слѣдуютъ безъ почтальоновъ, при однихъ только ямщикахъ, которые, пріѣхавъ на станціи, не сдавъ почту старостѣ, спѣшатъ скорѣе въ домъ, оставляя такимъ образомъ почтовую кладь на добычу хищникамъ.

«Сибирь» №12, 29 марта 1881

Съ ЛЕНЫ. Въ нынѣшнюю зиму, снѣга отъ Иркутска по ленскому тракту, какъ въ киренскомъ, такъ и въ олекминскомъ округахъ очень глубокіе; къ тому же, дорогу, бывшими въ половинѣ января вѣтрами и мятелями ужасно, перемѣло. Путь отъ Качуга, по Ленѣ, и безъ того неудобный, сдѣлался еще труднѣе. Извѣстно, что дорога по Ленѣ весьма узкая, аршинъ въ 5 или 6, не болѣе, такъ что встрѣчный обозъ или экипажъ даже простая кошевка, должны отворачивать въ сторону и вязнуть въ снѣгу; особенно, тяжелому экипажу или обозу разъѣхаться по здѣшней дорогѣ немыслимо. Проѣзжающихъ по Ленѣ зимой не много, обозовъ еще менѣе, (все сплавляется лѣтомъ), по этому дорога не укатывается и пресловутый трехъ-угольникъ, который для укатыванія дороги по временамъ возятъ, помогаетъ мало. Такая узкая, плохо укатанная дорога вынуждаетъ почти отъ самаго Киренска запрягать третью лошадъ, такъ называемымъ, гусемъ, то есть впереди коренной; а верстъ за 300 отъ Киренска и далѣе къ Якутску, гдѣ дорога по Ленѣ еще уже предыдущей (это съ Дубровской станціи), иначе и не возятъ на тройкѣ, даже на парѣ, какъ только гусемъ. Не смотря на это, ямщикъ почти всегда ѣдетъ одинъ, сидя обыкновенно на козлахъ и возжаетъ каждую лошадь порознь. Надобно имѣть особый навыкъ и умѣнье править при такой запряжкѣ. Несмотря на длинный бичъ, ямщикъ не рѣдко соскакиваетъ съ козелъ, чтобы подстегнуть передовую лошадь. Дорога отъ Верхоленска (за 272 вер. отъ Иркутска) идетъ почти все по Ленѣ; подъемы на берега, гдѣ стоятъ станціи, часто очень крутые и спуски съ нихъ небезопасны. Повозку туть надобно тормозить. Только около Киренска, мѣстами, ѣдутъ берегомъ и горой, особенно къ самому городу, далѣе ѣзда берегомъ случается очень рѣдко, а горой и вовсе почти ея нѣтъ; на одной только станціи, и то по случаю бывшей въ началѣ рѣкостава полыньи на Ленѣ, что идетъ нынѣ горой. Эта весенне-осенняя дорога по Ленѣ проходитъ хребтами горъ и частію берегами Лены; дорога эта также весьма узка. Ѣздятъ по ней преимущественно весною и осенью, въ распутицу, верхами, съ вьюкомъ, есть, впрочемъ, на нѣкоторыхъ станціяхъ и экипажный путъ, но только для небольшихъ и легкихъ экипажей. Разъѣздъ съ встрѣчнымъ экипажемъ крайне неудобенъ, даже между Верхоленскомъ и Жигаловой, гдѣ путь, въ мелководье Лены, почти неизбѣженъ и лѣтомъ. Лѣтній путь сюда почти исключительно водой, на паузкахъ, баркахъ, шитикахъ (крытыхъ лодкахъ) и пароходахъ; горами и берегомъ (кромѣ мѣстности отъ Качуга до Жигаловой) ѣздятъ очень рѣдко по неудобности и дороговизнѣ этого послѣдняго пути. Вообще горная береговая дорога по ленскому краю, и зимнiй путь по Ленѣ заставляетъ желать многаго. До Киренска, особенно до Качуга часто встрѣчается недостатокъ въ лошадяхъ и проѣзжающіе по долго сидятъ на станцiяхъ, особенно передъ ленской ярмаркой, а лошадей круглай годъ по всему ленскому тракту, только 5 паръ на станцiи, онѣ же и для иркутской и якутской почтъ и для эстафетъ. Придирка и проволочка со стороны почтарей тоже не рѣдкость. Жалобы какъ и вездѣ, ни къ чему не ведутъ. Далѣе же Киренска везутъ лучше, особенно за Витимомъ. Это объясняется тѣмъ, что почтовая гоньба отправляется здѣсь, какъ будетъ сказано ниже, обществами только, къ сожалѣнію, не артелью и лошади какiе есть въ деревнѣ, на свободѣ идутъ подъ пріѣзжающихъ. Населенiе по Ленѣ, въ количественномъ отношеніи слабое и, не смотря на развитіе золотопромышленности въ здѣшнемъ краѣ, бѣдное. Деревушки, за не многими исключеніями, маленькiя; даже Витимъ, этотъ перлъ (!?) приленскаго края, теперь бѣднѣетъ и торговля въ немъ падаетъ, вслѣдствiе того, какъ говорятъ здѣсь, что нынѣ не оставляютъ въ немъ зимоватъ пріисковыхъ рабочихъ, а отправляютъ ихъ далѣе на пароходахъ. Въ Витимѣ остается ихъ зимой не болѣе трехсотъ. Киренскъ же совсѣмъ запустѣлъ. Дороговизна на все въ здѣшнемъ краѣ ужасающая. По словамъ старожиловъ, до развитія здѣсь золотопромышленности, цѣны, напримѣръ въ мѣстности за 100 и 200 верстъ отъ Витима къ Олекмѣ. существовали слѣдующія: мука ржаная и овесъ отъ 35 до 50 коп. за пудъ, мясо скотское свѣжее 1 р. 50 к. за пудъ, дрова дешевле рубля за сажень, а теперь цѣны возросли на ржаную муку до 4 руб. да и купить ее трудно: на овесъ до 3 руб. за пудъ, даже дрова, если не запастись ими благовременно, отдавши съ подряда якутамъ, — продаются зимой по 4 и по 5 руб. за сажень, а лѣса, который здѣсь почти исключительно хвойный, по преимуществу сосна, необозримая масса и вплоть у самыхъ селъ. Чѣмъ же занимаются здѣсь русскіе переселенцы и поселенцы? Ни хлѣбопашества, ни скотоводства здѣсь не развито; всѣ живутъ только ямщиной, которую отбываюсь здѣсь обществомъ, сами крестьяне и берутся гонять пару, полпары и даже четверть пары; за тѣмъ, при случаѣ, сорвутъ съ проѣзжающаго на вольныхъ, оберутъ забулдыгу прiисковаго служащаго или рабочаго. Нерѣдко вы увидите здѣсь, особенно около Витима, деревенскихъ парней въ городскомъ платьи: въ пальто, брюкахъ, съ часами и въ гарусныхъ шарфахъ; особенно отличаются этимъ, говорятъ, двѣ деревни, Мухтуя и Мурьяна или Мурья. Первую, за это и за особенный разгулъ, прозвали Парижемъ, а вторую — Лондономъ. Разсказываютъ случай, какъ здѣшніе парни явились къ новому исправнику франтами, въ сюртукахъ и пальто, съ часами и цѣпочками. Онъ, по незнанію, принялъ ихъ за пріисковыхъ служащихъ, а когда узналъ, что это подвѣдомственные ему крестьяне, то сдѣлалъ имъ внушительную нотацію. Вообще, русское населеніе здѣшнихъ деревень порядкомъ развратилось и не походитъ на прежнихъ смиренныхъ, ленскихъ бурдушниковъ. А что будетъ далѣе? Якуты, почти единственные здѣсь поставщики сѣна и перевозчики кладей для снабженія пріисковъ, — и тѣ порядкомъ научились плутовать и воровать, особенно при транспортировкѣ кладей. Что то будетъ далѣе, повторяемъ мы, со всѣмъ этимъ людомъ, если не примется надлежащихъ мѣръ къ его улучшенію и оздоровленiю?

Воспоминанія Ленскаго почталіона*).

Сиб.газ.№24, 13 iюня 1882.

Посмотрю, посмотрю я на нынѣшнихъ почталіоновъ, да невольно и вспомню старинку — не такъ мы служили! Не ходили мы такими обдерганными, какъ нынѣ, не перебивались изъ за хлѣба на квасъ.

*) Думаемъ, наши читатели не посѣтуютъ на насъ за эту характерную картинку изъ недавней жизни почтоваго чиновника въ Сибири, написанную съ полной искренностью, доходящей до наивности. Ред.

А жалованья получали далеко меньше, чѣмъ теперь, да признаться, мы его и изъ конторы то никогда не брали; напишемъ штукъ 10—12 запасныхъ расписокъ, передадимъ ихъ почтмейстеру, а сами, знай себѣ, катай по дорогамъ. Дѣйствительно, дороги тогда не такія были, какъ теперь. Бывало поѣдешь въ Якутскъ, накупишь тамъ: пупковъ, гребней, масла (въ ту пору вся эта благодать была недорога: первые продавались по 2—3 р. сотня, вторые 20 — 25 р. сотня и третье по 4—5 руб. пудъ), и ѣдешь по тракту — продаешь; если купилъ на 50 р., то получишь чистоганчику 60—70 р., потому что мы всегда продавали въ тѣхъ мѣстахъ, гдѣ этого не было въ привозѣ. Изъ Иркутска поѣдемъ, беремъ съ собою табаку, сахару и еще кое чего изъ мелочнаго товару и проѣхавъ Киренскъ, начинаемъ продавать.

Кромѣ этого, у насъ еще была другая доходная статья. Почты въ тѣ времена ходили на Ленѣ въ двѣ недѣли разъ и всегда большія — повозокъ 7—8; пріѣдешь на станцію и велишь запрягать въ повозки, а не то — по 10 коп. съ дуги и запрягай въ чего хочешь: ямщики всегда отдадутъ 10 к., чѣмъ везти въ повозкѣ, и везутъ въ кошевкахъ, дровняхъ и саняхъ. Отъ Иркутска до Якутска 120 станцій, значитъ рублей 70—80 въ карманѣ. А такихъ дорогъ въ теченіи года придется совершить 9—10, такъ что въ общей сложности обойдется въ годъ, на худой конецъ, рублей 500, такъ что тебѣ жалованье.

Смотрѣли тогда за почтами только между Киренскомъ и Иркутскомъ, такъ мы и тутъ ухитрялись — попросишь старшаго (унтеръ-офицера почталіонской команды), что-бы приписалъ вещи три до Киренска съ простыми постъ-пакетами, а между тѣмъ, накладешь туда, чего хочешь; за такую услугу дашь ему рубль—два, или пару балыковъ изъ Якутска привезешь. Когда же чемоданъ, баулъ или сума приписаны къ накладной и имѣютъ на себѣ печать и пломбу казенную, то ни одинъ смотритель не посмѣетъ вскрыть.

Что бы не придирались и почтмейстера — возишь изъ Якутска и Иркутска имъ разныя покупки безплатно.

Но ни одинъ трактъ не давалъ столько дохода, сколько Охотскій и Петропавловскій. Вотъ гдѣ намъ было раздолье! Почты ходятъ туда изъ Якутска небольшія — двѣ-три вещи, между тѣмъ, мы занимали 8—9 нартъ (сообщеніе производится по этимъ трактамъ на собакахъ и оленяхъ, запряженныхъ въ нарты — родъ дровней съ перилами, но только чрезвычайно легки, на одну положишь почту, на другую самъ сядешь, на остальные же накладешь свой багажъ, который состоялъ: изъ табаку, ситцевъ, сахару и преимущественно вина и ѣдешь себѣ по дорогѣ — торгуешь. На другомъ станкѣ, если хорошая торговля, дня два и три простоишь — ничего не взыскиваютъ за это, только напишешь, что простоялъ за бураномъ, которые бываютъ, дѣйствительно, часто. Въ Охотскѣ же продаешь ситцы, стоющіе въ Якутскѣ 20 к. аршинъ, по 60—70 к., табакъ мѣняешь на бѣлку, за фунтъ 5—6 и до 10 штукъ, лисицъ 1 и т.д. Распродавъ все, накупаешь балыковъ (сушеная рыба красная), обходившихся намъ не дороже 5 к. за штуку и съ доставкою въ Якутскъ до 12, потому что всего съ собой не увезешь, а нанимаешь возщика. Балыки въ Якутскѣ продавались отъ 25 до 50 к. за штуку. Значитъ, торговать было можно!...

Но за то, мы ужъ вели себя чинно и благородно и по станціямъ не напивались до чертиковъ, какъ теперь то и дѣло видишь, что почталіона изъ лодки или повозки ямщики на рукахъ выносятъ, ровно маленькаго ребенка (лѣтомъ почты здѣсь возятъ въ лодкахъ, которыя даются съ 4-мя гребцами и 1-мъ ямщикомъ; первые гребутъ, послѣдній управляетъ, — это по теченію; противъ теченія подъ лодку впрягаютъ лошадей, смотря по тяжести почты, и тянутъ бичевою вдоль берега, тутъ дается двя ямщика и 1 гребецъ, если на двухъ лошадяхъ; на коняхъ сидитъ гребецъ, а на лодкѣ ямщики, изъ которыхъ одинъ стоитъ съ шестомъ впереди, на носу лодки, другой-же управляетъ лодкой и сидитъ на кормѣ).

Промедленіе, сдѣланное на станціи, старались всегда наверстать и даже загнать часовъ 5—6 впередъ. Дѣлалось это, когда подъѣзжали къ Нохтуйской или Олекминской конторамъ, потому что въ эти мѣста приходилось, по большей части, пріѣзжать часовъ въ 10 вечера, а такъ какъ почтмейстеры имѣли и имѣютъ обыкновеніе, въ вышесказанныхъ двухъ пунктахъ, до утра не вскрывать почты и даже изъ своей комнаты не выходить, то чтобы не было промедленія, и загоняешь до конторы.

Э!... да, ну, ихъ... гдѣ все-то припомнишь.

Старый почталіонъ.

«Сибирская газета» №10, 10 марта 1885

Якутскъ, 1 февраля. Въ областномъ правленіи на-дняхъ происходилъ послѣдній актъ продолжительной борьбы за существованіе между якутами и ленскими крестьянами. Крестьяне искони держали здѣсь почтовую гоньбу; даже и поселены-то были сюда именно за этимъ. Небольшіе прибытки получали они отъ этой гоньбы; проѣзжихъ по нашей дорогѣ мало, а дорожка не легкая, — да все же держались кой-какъ. А теперь подобрались къ нимъ якуты, люди голодные, но и нетребовательные, стали сбивать цѣну и сбили на 560 руб. за пару. Крестьяне не устояли и пали. Зрители спокойно смотрѣли на эту борьбу. Какое имъ дѣло, что мужикъ разорится? Вѣдь и якутъ тоже въ тепло лѣзетъ. Зрители совсѣмъ не заинтересованы ихъ благополучіемъ и готовы по рублю за пару дать.

Такимъ образомъ, двадцать послѣднихъ къ Якутску станцій пошли въ руки Якутовъ по 560 руб., а между тѣмъ крестьяне нынѣшнюю зиму возили Иркутскую почту дважды въ недѣлю, вмѣсто раза, по условію.     П.

Безотвѣтные.

11 ноября 1907 г., «Якутский край» №37.

Есть у насъ, дорогой читатель, особый типъ по истинѣ несчастныхъ людей, которыхъ, бывало, часто поколачивали и которыхъ всегда гонятъ, куда хотятъ, всегда издѣваются надъ ними, за ихъ счетъ катаются, дѣлаютъ сбереженія, кормятся и т.д. Они, т.е. тѣ несчастные люди, называются содержателями обывательскихъ станцій.

Предъ мною лежитъ копія съ контракта содержателя одной обывательской станціи, заключеннаго съ родоначальниками Сунтарскаго улуса Вилюйскаго округа 26 мая сего года. Для иллюстраціи того, насколько закабалилъ себя этотъ злополучный содержатель станціи, цитирую здѣсь нѣкоторые пункты съ означеннаго контракта, дѣлая, гдѣ нужно, свои замѣтки и заключенія:

Пункт 2. На сказанной станціи содержатель обязанъ имѣть (завести за свой счетъ) хорошихъ три пары лошадей, привыкшихъ къ ѣздѣ въ зимнихъ и лѣтнихъ экипажахъ и верхомъ, при 3-хъ опытныхъ совершеннолѣтнихъ ямщикахъ, три дуги при 9-ти колокольцахъ, хомуты имѣть со шлеями по числу лошадей, одну большую, одну среднюю и одну малую кошевы съ отводами, а въ лѣтнее время всѣ принадлежности къ верховой ѣздѣ.

3. Долженъ имѣть 1 мѣдный рукомойникъ, 2 мѣдныхъ подсвѣчника, столовую и чайную посуды, самоваръ, стеариновыя свѣчи и проч.

6. За неисправное содержаніе станціи я подвергаюсь инородною управою до трехъ разъ*) (?), а далѣе подлежу къ удаленію отъ гоньбы съ обязательствомъ безспорно пополнить изъ своихъ средствъ тотчасъ же всѣ издержки по гоньбѣ.

*) Какому роду взысканiя или наказанія будетъ подвергаться содержатель станціи, будетъ ли то кулачная расправа или высѣдка въ казенкѣ, или же, на конецъ денежный штрафъ, управа воздержалась обозначить въ контрактѣ. Прим. авт.

Вотъ здѣсь то и есть широчайшій просторъ произволу управы, такъ какъ она обыкновенно штрафуетъ такихъ содержателей станціи, которые такъ или иначе имѣли неосторожность, не угодить большаку, т.е. головѣ или письмоводителю. Чтобы не быть голосовнымъ, привожу здѣсь фактъ подобнаго пристрастія управы въ отношеніи содержателей станціи 25 декабря минув. 1906 года. Хочинская управа отправила къ врачу нарочнаго, въ виду опасной болѣзни одного лица. Нарочнаго этого долго задержали въ Эльгяйской станціи Сунтарскаго улуса, требуя прогоны. Въ результатѣ задержки нарочнаго больной умѣръ, за что управа оштрафовала якобы "провинившегося" содержателя названной станціи, не смотря на то, что до управы доходила жалоба родственниковъ умершаго. Случилось нынѣшнимъ лѣтомъ такое дѣло: съ парохода "Сынокъ" высадился на Тимофѣевской пристани засѣдатель Горловскій. По смыслу описываемаго контракта, г. засѣдателя должны были везти до управы на лошадяхъ того наслега, въ предѣлахъ котораго находился онъ въ данный моментъ, но къ несчастью для содержателя станціи наслегъ тотъ оказался Головинскимъ, а потому послѣдній, т.е. голова вызвалъ изъ-за 23 верстъ содержателя улусной станціи везти засѣдателя. Содержатель, конечно, не поѣхать, вполнѣ резонно указывая на силу своего контракта, по которому онъ обязывался только „увозить, а не привозить", но тѣмъ не менѣе управа штрафовала его на 5 руб., не смотря на то, что г. засѣдатель уѣхалъ на своихъ прогонахъ, какъ ѣздившій по своимъ дѣламъ, и никакихъ претензій не имѣлъ на содержателя станціи. При этомъ слѣдуетъ замѣтить, что сама управа весьма часто нарушаетъ силу контракта съ содержателями обывательской станціи, посылая ихъ, напр., за дежурными членами управы или къ головѣ съ почтой. Между тѣмъ дежурные члены управы должны быть всегда въ управѣ во время дежурства, содержатели же станціи не обязаны и не обязывались вызывать ихъ. Какъ бы то ни было, но по моему мнѣнію управа должна быть или ко всѣмъ содержателямъ гоньбы гуманна или ко всѣмъ чрезъ мѣру строга, не ставя на видъ симпатіи или антипатіи къ нимъ своего большака, для этого нужно штрафовать содержателей гоньбы только по жалобамъ потерпѣвшихъ, а не по своему произволу. Иначе, вѣдь, и на солнцѣ можно отыскать пятна...

7. Улусную телѣгу долженъ ремонтировать за свой счетъ.

8. Долженъ возить безъ платежа прогоновъ: мирового судью, слѣдователя и поставлять подъ проѣзды сессіи окружнаго суда и губернатора по 6-ти исправныхъ лошадей каждый разъ, возить безплатно же земское начальство вообще, врача, фельдшера, акушерокъ, оспеннаго ученика, сельскую почту, казаковъ и управскихъ нарочныхъ, разсыльныхъ трехъ управъ, членовъ управы и письмоводителя и его помощника, ѣдущихъ по дѣламъ службы, пересылаемыхъ и препровождаемыхъ лицъ и пакеты, отправляемые всѣми начальствующими лицами.

Нерѣдко случается возить безплатно еще и дамъ чиновниковъ и члѣновъ ихъ семей, а нѣкоторыя интеллигентные люди властно требуютъ отъ содержателей станцій непремѣнно „быстроходныхъ" лошадей.

9. Разсыльныхъ, казаковъ и пересылаемыхъ лицъ долженъ кормить отъ себя.

11. На станціонныхъ лошадяхъ обязанъ возить за прогоны только тѣхъ проѣзжающихъ, которые имѣютъ открытыя предписанія, взимая плату на одну лошадь за каждую, версту по 3 коп.

На самомъ дѣлѣ возятъ по полторы коп. за версту на лошадяхъ, т.к. по какому то недоразумѣнію лошадь подъ проводника дается проѣзжающимъ безплатно, что еще болѣе усугубляетъ и безъ того горестное положеніе содержателей станціи. Управа должна разъяснить содержателямъ станціи, что они имѣютъ право требовать съ проѣзжающихъ прогоны по числу употребляемыхъ для нихъ лошадей.

 15. Разстояніе, на которое взялся отбывать гоньбу, слѣдующее: отъ управы до Эльгяйской станціи 31 вер., а до Эфень-Кутанской 28 верстъ.

 16. Въ случаѣ проѣзда г.г. начальствующихъ лицъ не по тракту, а водою по р. Вилюю, обязанъ платить безъ всякихъ споровъ, сколько потребуется отъ меня расхода.

Здѣсь непонятно то, что разъ къ услугамъ начальствующихъ особъ имѣются, верховыя лошади и экипажи для прослѣдованія по сухому пути, то что вынуждаетъ тѣхъ же начальствующихъ лицъ ѣхать еще по водѣ? Между тѣмъ ѣзда по водѣ, къ довершенію бѣды злополучныхъ содержателей станціи, практикуется подъ тѣмъ предлогомъ, что при верховой ѣздѣ у господъ начальствующихъ особъ болитъ „сѣдалище". Итакъ, ради благополучія „сѣдалища" г.г. чиновниковъ содержатель станціи подчасъ теряетъ весьма многое!...

Ну да получаетъ же онъ за все это достаточную плату, - скажетъ читатель. Да, получаетъ... получаетъ всего и за все 310 руб. въ годъ!...

Въ то же время у горемычныхъ содержателей гоньбы хозяйство, находящееся гдѣ-то въ 20-30 верстахъ отъ той или другой станціи, запускается и мало по-малу разстраивается въ конецъ; а тамъ падежъ лошадей отъ истощенія за недостаткомъ корма и изнуренія отъ чрезмѣрной ѣзды, наконецъ, штрафы и проч., такъ что содержатель станціи въ результатѣ гоньбы получаетъ добрую порцiю собственныхъ слезъ...

СЪ ЛЕНСКАГО ТРАКТА. Въ газеты какъ то проникло извѣстіе, что почта по Якутской области слишкомъ и даже въ ущербъ проѣзжающимъ обременяется торговыми посылками.

Нужно радоваться, что нѣкоторые торговцы догадываются все-таки удовлетворять потребности своихъ кліентовъ, а то бы пришлось ждать получки необходимаго товара отъ навигаціи, до навигаціи, т.е. въ продолженіе года.

Да и бѣда не въ томъ, что торговцы отправляютъ иной разъ свои товары по почтѣ, а въ томъ, что рѣдко можно встрѣтить въ Россійской имперіи мѣсто, гдѣ бы такъ худо поставлена была эта весьма доходная для правительства статья.

Въ Якутской области по приленскому тракту почтовая гоньба составляетъ пребенду для мѣстнаго, на словахъ только, крестьянскаго населенія.

Посмотрите только на то, что пашетъ и коситъ этотъ мнимый крестьянинъ, но за то какъ много онъ пропиваетъ и проигрываетъ въ карты!

На Наманинской, напримѣръ, станціи жены однажды уже собирались бросить своихъ пьяницъ мужей; въ Чекурской волости при составѣ населенія до девятисотъ человѣкъ пропивается въ годъ отъ семи до одиннадцати тысячъ рублей.

Почтовое вѣдомство совершенно не интересуется постановкой гоньбы у крестьянъ.

Наша рѣчь главнымъ образомъ про окружное управленіе.

Если на мѣстахъ находятся интересующіеся дѣломъ почтовые начальники, то эти пьянчужки составляютъ на нихъ приговора съ цѣлью удаленія ихъ съ мѣста, такъ какъ эти мнимые крестьяне пекутся лишь о томъ, чтобы заполучить фуражную плату, а затѣмъ ее пропить или проиграть или то и другое вмѣстѣ, а что будетъ потомъ, это ихъ совершенно не интересуетъ: они очень хорошо знаютъ, что, благодаря благопекущемуся почтовому вѣдомству, здѣсь нѣтъ другихъ конкурентовъ; слѣдовательно, гоньба такъ или иначе обезпечена за ними.

По дороге в Якутск
По дороге в Якутск

Дѣло дошло до того, что это вѣдомство игнорируетъ даже жалобы такихъ должностныхъ лицъ, какъ бывшій прокуроръ Якутскаго Окружнаго Суда Гончаровъ, жалоба котораго на одной изъ станцій невдалекѣ отъ города Олекминска на медленность ѣзды была оставлена безъ послѣдствій, подъ предлогомъ яко-бы эпидеміи на лошадей.

Если такъ относятся къ жалобамъ прокуроровъ, то на что же можетъ разсчитывать въ подобныхъ случаяхъ простой обыватель?

Комнаты, именуемыя почтовыми станціями, по неудобствамъ представляютъ нѣчто совершенно невообразимое.

Въ подавляющемъ большинствѣ случаевъ въ вашемъ относительномъ распоряженіи — одна небольшая комнатка сомнительной чистоты, тутъ же ютится столъ съ принадлежностями писаря; остальныя комнаты заняты семейными хозяевами. Кромѣ того, въ эти жалкія помѣщенія набивается куча ямщиковъ.

Въ добавокъ, если вы имѣли несчастье ночевать, васъ безпокоятъ насѣкомыя, спертый, смрадный воздухъ, визгъ и ревъ хозяйскихъ дѣтей.

Помимо личныхъ неудобствъ для проѣзжающихъ, почтовая гоньба далеко неудовлетворительно обслуживаетъ и почтовыя нужды.

Въ заключеніе нужно замѣтить, что съ отмѣной обывательской гоньбы переложена повинность по этой гоньбѣ на общій государственный бюджетъ, что едва-ли можно признать правильнымъ, хотя бы просто по одному тому, что мѣстныя нужды должны оплачиваться мѣстными средствами. 

Врачъ А.М. Серебрениковъ.

Вторникъ, 11 сентября 1912.

 #Почта. Первая осенняя почта на Иркутскій трактъ лошадьми отправляется 15 сентября.

  #Съ 1-го октября почта на Вилюйскъ будетъ отправляться еженедѣльно.