Якутскіе казаки.

(Письмо въ редакцію «С.-Петербургскихъ Вѣдомостей»).

На всемъ-ли пространствѣ Россiи уничтожено крѣпостное, закабаленное положеніе людей, или онo еще гдѣ-нибудь существуетъ? — Что за вопросъ? скажутъ мнѣ. Разумѣется, вездѣ; даже бывшіе когда-то замкнутыми, казачьи общества, и тѣмъ данъ свободный просторъ; казаки могутъ выходить изъ своихъ обществъ, жить и заниматься гдѣ и какъ угодно.

Господа, вы ошибаетесь, отвѣчая такъ. Я знаю одно населеніе, или общество, число членовъ котораго не велико (около 3.000), которые до настоящаго времени находятся въ крѣпостномъ, замкнутомъ и тяжеломъ состояніи de jure. Этихъ людей ни коснулась благодѣтельная реформа и они продолжаютъ находиться подъ тяжелыхъ гнетомъ Положенія, составленнаго еще въ началѣ нынѣшняго столѣтія.

Это общество или сословіе именуется якутскими городовыми казаками.

Прежде чѣмъ коснуться ихъ быта, считаю нужнымъ, для незнакомыхъ съ нашими окраинами, объяснить, что такое эти казаки, и какія ихъ обязанности.

Якутскіе казаки составляютъ якутскій городовой полкъ. Полка въ точномъ смыслѣ слова они не изображаютъ, хотя тамъ у нихъ есть и полковое правленіе, и полкъ дѣлится на 6 сотенъ. Какъ названіе, такъ и дѣленіе — фиктивныя. Казаки якутскаго полка разселились еще изстари, съ прошлаго столѣтія, по городамъ Якутской области и въ Камчаткѣ, и составляютъ въ городахъ часть городского населенія, отбывая военную и гражданскую полицейскую службы: они караулятъ остроги, препровождаютъ арестантовъ, конвоируютъ транспорты, содержатъ почту между Якутскомъ и отдаленными пунктами области, надзираютъ за порядкомъ на инородческихъ ярмаркахъ и на золотыхъ пріискахъ Олекминской системы. Они всѣ пѣшіе. Одежда ихъ — солдатскія шинели, да мѣстныя дохи: мундиры имѣютъ только офицеры. Вооруженіе заключается въ стародавнихъ пѣхотныхъ ружьяхъ (даже кремневыхъ), которыя по своимъ качествамъ могутъ быть употребляемы не какъ огнестрѣльное, а какъ холодное оружіе.

Казаки эти находятся въ вѣдѣніи гражданскаго начальства. Офицеры носятъ и военные и гражданскіе чины. Такъ, полковой командиръ подписывается вездѣ титулярнымъ совѣтникомъ, но онъ, вмѣстѣ съ тѣмъ, надѣваетъ эполеты и именуется въ общежитіи войсковымъ старшиною.

Вотъ что такое якутскіе казаки. 4 сотни ихъ значатся расположенными въ Якутской области, а 2 сотни — въ Камчаткѣ, съ которыми полкъ не имѣетъ никакого сношенія съ прошлаго столѣтія.

Все сказанное, разумѣется, ничего не говоритъ про ихъ бытъ. Наши окраины такъ разнообразны по своимъ мѣстнымъ условіямъ, что отчего бы въ Якутской области и не быть казакамъ со своимъ особымъ устройствомъ для исполненія вышеупомянутыхъ обязанностей. Но дѣло-то въ томъ, что устройство и бытъ этихъ казаковъ очень ужъ архаическіе. Всѣ наши казачьи войска, даже на такихъ окраинахъ, какъ Уссури, Амуръ, получили положенія, болѣе или менѣе отвѣчающія современнымъ требованіямъ благосостоянія; одни якутскіе казаки, о которыхъ вообще мало заботились, остались при стародавнихъ порядкахъ. А порядки эти вотъ каковы.

Всѣ казаки обязаны служить съ 16-ти лѣтняго возраста до тѣхъ поръ, пока ноги носятъ. Избавляются oтъ службы только калѣки, да убогіе. Въ одной и той же командѣ можно видѣть стоящихъ рядомъ подъ ружьемъ 17-лѣтняго мальчика, физически неразвитаго, и 70-лѣтняго старца. Временное освобожденіе отъ службы предоставляется по усмотрѣнiю начальства, по законамъ опредѣленной казачьей льготы — нѣтъ. Въ дѣйствительности, никто льготой не пользуется. Якутскій казакъ никогда не можетъ выйти изъ своего сословія: онъ привязанъ къ нему съ пеленокъ и до гробовой доски, обязанъ жить либо въ Якутскѣ, либо въ томъ пунктѣ, гдѣ укажетъ начальство. Якутскій казакъ можетъ получить образованіе или въ мѣстной начальной школѣ или въ якутской прогимназіи. Далѣе ему хода нѣтъ. Якутскому казаку нельзя поступить даже въ иркутское юнкерское училище. Всѣ, и служащіе, и отставные казаки не могутъ отлучаться изъ мѣстъ своего жительства безъ разрѣшенія начальства.

Содержаніе казакамъ отъ казны — весьма ограниченное. Полковой командиръ получаетъ въ годъ всего 113 рублей, безъ всякихъ столовыхъ, добавочныхъ и квартирныхъ денегъ; офицеры младшіе получаютъ въ извѣстной уменьшающейся пропорціи, такъ что хорунжій получаетъ около 50 рублей. Нижніе чины получаютъ провіантъ въ натурѣ, затѣмъ, жалованье и аммуничныя деньги — по старому армейскому окладу. На заведеніе одежды ничего не отпускается.

Затѣмъ, казаки надѣлены землею, но заниматься ею имъ некогда. Занимается землею самая незначительная часть болѣе зажиточныхъ казаковъ. Надо замѣтить, что цѣнность земли въ Якутской области заключается въ сѣнокосѣ, а не въ хлѣбопашествѣ. Сѣнокосныхъ же земель у казаковъ мало. Лучшія сѣнокосныя мѣста находятся у якутовъ (мѣстныхъ инородцевъ), а казакамъ, покрайней мѣрѣ около Якутска. Олекминску и Вилюйску отмежевано значительно менѣе той пропорціи, которая имъ слѣдуетъ по закону. Вмѣсто 15 десятинъ, они пользуются не болѣе какъ 5—6 десятинами на душу*). Большинство казаковъ продаетъ свои участки на скосъ, и, разумѣется, не выручаетъ и 1/4 части того, что бы можно было получить при собственной уборкѣ. Хлѣбопашество не прививается у казаковъ собственно потому, что времени нѣть, а между тѣмъ, эта отрасль могла бы идти очень хорошо, судя потому, что въ скопческихъ селеніяхъ, около Якутска и Олекминска, хлѣбопашество доведено до высшаго развитія, и урожаи бываютъ баснословные.

*) Томъ 2, часть 2. кн, VI, ст. 1.227, 1.237, 1.245, 1.252, 1.227 и прочія объ якутскихъ казакахъ. Авт.

Изложеннаго, безъ сомнѣнія, достаточно, чтобы обрисовать безотрадное состояніе якутскихъ казаковъ. Есть, безспорно, и между якутскими казаками люди зажиточные, но не слѣдуетъ забывать общій законъ, что какъ бы ни были стѣснительны условія существованія извѣстнаго общества, въ этомъ обществѣ всeгда отдѣлятся единицы, пользуюшiяся лучшимъ матеріальнымъ обезпеченіемъ. Родство, кумовство, свойство вліятельныхъ лицъ, всегда и вездѣ, а въ особенности въ малочисленныхъ обществахъ, выдѣляло счастливцевъ въ особую касту, пользующуюся наслѣдственно своими привилегіями. Не легко только отъ этого остальнымъ.

Тѣмъ не менѣе, какъ довольные, такъ и обдѣленные, одинаково тяготятся своимъ закрѣпощеннымъ состояніемъ, и чаютъ реформы, какъ манны небесной.

Якутскіе казаки не разъ обращали на себя вниманіе губернаторовъ и высшей власти Восточной Сибири, но вяло составлялись мѣстнымъ начальствомъ соображенія объ улучшеніи быта этихъ казаковъ. Соображенія зачастую касались мелочей, а не общаго строя. И только въ 1876 г., генералъ губернаторъ Восточной Сибири, баронъ Фридериксъ, нашелъ нужнымъ составить новое положеніе для якутскихъ казаковъ. Съ этой цѣлью, было послано на мѣсто особое довѣренное лицо, трудами котораго и составленъ былъ проектѣ полнаго переустройства якутскихъ казаковъ**). Проектъ этотъ былъ одобренъ генералъ-губернаторомъ и съ нѣкоторыми дополненіями отправленъ въ Петербургъ. Но тамъ онъ найденъ быль неполнымъ, такъ какъ въ немъ ничего не было сказано о камчатскихъ казакахъ, которые, какъ я выше сказалъ, еще съ прошлаго столѣтія, никакой связи съ якутскими казаками не имѣютъ. Проектъ былъ возвращенъ въ Иркутскъ. Затѣмъ былъ посланъ особый чиновникъ въ Камчатку. Что сдѣлалъ этотъ чиновникъ? — неизвѣстно; но только проектъ объ якутскихъ казакахъ, какъ слышно, сгорѣлъ въ Иркутскѣ, при пожарѣ, бывшемъ въ 1879 году, и затѣмъ болѣе нѣтъ рѣчи объ улучшеніи быта якутскихъ казаковъ.

**) По проекту, предполагалось назначить казакамъ 10-ти лѣтній срокъ службы, Авт.

И за что такой фатумъ тяготѣетъ надъ якутскими казаками?...

Терпѣливо несутъ они свое положеніе, и пока ихъ чаянія ограничиваются скромнымъ желаніемъ: во 1-хъ, чтобы имъ опредѣленъ былъ извѣстный срокъ службы, и вo 2-хъ, чтобы уничтожена была замкнутость ихъ сословія, какъ это сдѣлано въ прочихъ войскахъ. Казалось бы, что пока составится и обдумается для якутскихъ казаковъ новое положенiе, на что при нашихъ канцелярскихъ порядкахъ требуются годы, можно бы было и удовлетворить пока ихъ скромное желаніе.

Л. Н.