Сиб.Газ.№4, 22 янв.1884

Письма изъ Якутской области.

Въ послѣднее время герои кулачной расправы проявляются все чаще и чаще. Вотъ, наприм., сценка изъ нашего отдаленнаго края, гдѣ, какъ говорится, до Бога высоко, до Царя далеко и гдѣ спины обывателей отъ похожденія героевъ кулачной расправы облеплены пластырями, мазями и др. снадобьями латынской кухни.

Комната въ квартирѣ исправника К—аго.

Вѣстовой казакъ докладываетъ своему повелителю-исправнику, что пришелъ г. Новоселовъ и хочетъ его видѣть. —Зови! — приказываетъ повелитель. Входитъ г. Новоселовъ и проситъ 4 р. изъ слѣдуемаго ему казеннаго пособія. — Сегодня только 30 число, а тебѣ слѣдуетъ получить 1-го, сердито отвѣчаетъ исправникъ: могъ бы зайти и завтра, но... подожди. Ничего не подозрѣвая г. Новоселовъ ждетъ. Каково же было его изумленіе, когда черезъ несколько минутъ въ комнату вбѣжали человѣкъ 20 казаковъ и окружили eго! Что это значитъ? обращается изумленный г. Новоселовъ къ исправнику. — Бей его ребята! крикнулъ герой въ ответъ. Ребята сейчасъ же набросились на несчастнаго, повалили его на полъ, били чѣмъ и куда попало, а самъ К—скій такъ остервенѣлъ, что ударомъ каблука выбиваетъ у г. Новоселова три зуба! Избитаго и окровавленнаго его отправили въ караульный домъ, откуда выпустили только на слѣдующій день. Съ тремя выбитыми зубами въ рукахъ, медицинскимъ свидѣтельствомъ и прошеніемъ на имя г. Якутскаго губернатора объ избавленіи его на будущее время отъ каблуковъ г. К—скаго г. Новоселовъ отправился въ полицейское управленіе, но тамъ не только не приняли прошенія для отправки, но тутъ же на его глазахъ помощникъ исправника изорвалъ поданныя бумаги, а самаго подателя велѣлъ вывести. Неизвѣстно: заступится ли безпристрастная Өемида за оскорбленное человѣческое достоинство и воздастъ ли оскорбителю по заслугамъ его, но нѣтъ сомнѣнія, что заслуги его велики, ибо это не единственный случай его геройскихъ подвиговъ.

Заговоривъ о герояхъ кулачнаго права, не могу умолчать о слѣдующемъ характерномъ для нашего захолустья случая.

Дѣйствіе происходило въ городѣ В—скѣ. Въ домѣ одного обывателя собрались гости. Вокругъ зеленаго стола собралась вся наша знать. Къ столу подходитъ пьяный Несчастливцевъ; беретъ одну карту, другую, третью и въ нѣсколько минутъ проигрываетъ послѣдніе 15 руб. Раздocaдованный проигрышемъ онъ начинаетъ шумѣть и ругаться. — Ты, обращается онъ къ одному игроку, хотя и обѣленъ сѣдинами, но обираешь якутовъ самымъ безжалостнымъ образомъ; а ты берешь взятки, говоритъ онъ другому и всѣ вы здѣсь грабители и мошенники. Вотъ и меня обобрали... а все таки честнѣе васъ, взятокъ не беру... на с-об-с-т-в-ен-ное жалованье живу. Но тутъ одинъ изъ обиженныхъ не выдержалъ. — Господа, сказалъ онъ, выведемъ крикуна на арканѣ! И счастливая мысль была сейчасъ же приведена въ исполненіе. Достали веревку, сдѣлали петлю и надѣли ее на шею Несчастливцева. Свободными концами аркана завязали ему руки и на саняхъ отправили домой.

Отъ героевъ кулачнаго права перейдемъ къ другому роду героевъ, бьющихъ не по спинамъ, а по карману.

Предо мною лежитъ весьма интересный документъ, показывающій, какъ люди ухитряются служить въ одно и то же время и Богу и Мамонѣ. Документъ этотъ — счетъ выписанный для нашей убогой больницы медикаментовъ изъ иркутской аптеки г. Измайлова. Изъ выписанныхъ медикаментовъ на 1835 р. 21 к., аптека уступила намъ 22,96 проц., оцѣнивая всѣ медикаменты по таксѣ 1881 г. При первомъ взглядѣ на аптекарскій счетъ бросается въ глаза 800 гвоздей, употребленныхъ для забивки 18 новыхъ, въ аршинъ длины, ящиковъ! Положимъ гвозди не дорого стоятъ, всего 8 руб., но, во первыхъ, въ ящикахъ нѣтъ столько гвоздей: во вторыхъ, это только прелюдія къ самому счету. «За обшивку 18 ящиковъ, читаемъ мы въ счетѣ, въ сыромятную кожу съ матеріаломъ и работой 360 р. (!)» Въ общей сложности укупорка медикаментовъ въ 18 ящ. стоитъ 514 р. 70 к., т.е. почти 40 проц. стоимости медикаментовъ. Если изъ общей стоимости вычтемъ великодушно сдѣланную намъ уступку въ 22,96 проц., то получимъ, что въ каждомъ ящикѣ заключается медикаментовъ на 57 р. 105/6 к. и самый ящикъ стоитъ 21 р. 414/9 к.

Бѣлая нитка, которою сшитъ гешефтъ аптеки г. Измайлова, ясна теперь всѣмъ и я не сталъ бы больше утомлять вниманіе читателя, еслибъ не слѣдующее обстоятельство. Въ концѣ счета ниже подписи г. Залештейгмана, управляющаго аптекою, мы читаемъ: «таксировка означенныхъ въ семъ счетѣ медикаментовъ провѣрена согласно таксѣ 1881 г. и оказалась правильною, въ чемъ Иркутская врачебная управа завѣряетъ». Заглянемъ въ счетъ. Первая страница, вторая строка: Acidum Benzoicum 1 ф. - 24 р. 60 к., а по таксѣ 1881 г. — 18 р., смотримъ дальше. Bismuth nitricum 1 ф. — 7 р. 20 к. по таксѣ вѣрно; Natri Salicul 12 ф.—17 р. 28 к,—по таксировкѣ 14 р. 46 к. Chiuinum Sulfir 1 ф. по таксѣ 1881 г. — 81 р., по таксѣ же аптеки г. Измайлова 97 р. 20 к. Что сказать, читатель, про завѣреніе Иркутской врачебной управы? Поставимъ ей вопросительный знакъ.

Сиб.Газ.№5, 29 янв.1884

Письма изъ Якутской области.

Цивилизація «гнилого запада», какъ извѣстно, мало коснулась Якутской области вообще, а Вер—скаго округа въ особенности. Понятно, что у насъ все самобытно, а мы настоящіе самобытники.

Года два тому назадъ проявилась у насъ, въ Вер—скѣ, крамола, въ лицѣ мѣстнаго сельскаго учителя, за что онъ и былъ причисленъ къ лику неблагонамѣренныхъ, Причина появленія такого враждебнаго элемента среди насъ, близкихъ сосѣдей бѣлыхъ медвѣдей, чрезвычайно курьезна и я вкратцѣ передамъ ее читателю.

Супруга нашего педагога отправилась поздравить имянинницу—исправницу. Имянинница своими угощеніями уподобляется куму Демьяну въ юбкѣ и во что бы то ни стало хочетъ заставить не пьющую учительшу выпить рюмку наливки, но послѣдняя (учительша) упорно отказывается. «Такъ вы пить не станете! завопила исправница, ахъ ты гордячка... тебѣ дѣлаютъ честь, а ты отказываться!...» И наливка потекла по бѣлому шелковому чепцу учительши. «Ахъ, мой чепецъ, чепецъ испортился, завопила, съ своей стороны, обладательница шелковаго чепца, пять рублей стоить... отдайте мнѣ пять рублей!» — «Кто, я, исправница, дамъ тебѣ пять рублей... ну, какъ же, покажу я тебѣ, подлая, пять рублей!.. » Черезъ 3 или 4 мѣсяца несчастный супругъ учительши лишился мѣста, отправленъ въ Якутскъ и отданъ подъ надзоръ за неблагонадежность!

Самобытники и охранители! земля наша велика и обильна, приходите княжить и владѣть нами. Вы найдете у насъ ваше излюбленное «единеніе». Когда намъ говорятъ, «ложись» мы безропотно ложимся; когда говорятъ намъ, «выкладывай», мы сейчасъ же вынимаемъ кошелекъ и выкладываемъ, потому что кому охота изобразить бараній рогъ? а о своихъ правахъ не ложиться или не выкладывать мы имѣемъ чрезвычайно смутное понятіе, что, конечно, вамъ на руку. Надо, однако, замѣтить, что наше «единеніе», какъ и все на свѣтѣ, не абсолютное. Случается, что у обывателя зубы такъ расшатаны, что они отказываются исполнять свои естественныя функціи и тогда уже не до «единенія». Но вотъ вопросъ — на какомъ основаніи расшатываютъ намъ зубы? Пусть объяснятъ намъ, на какомъ, наприм. основаніи нашъ урядникъ расшаталъ зубы у нѣкоего М—ва? На какомъ основанія этотъ же урядникъ, совокупно съ исправляющимъ должность исправника г. Кар — нымъ, продѣлали тоже самое и съ инородцемъ С.? На какомъ основаніи наши казаки среди бѣлаго дня разбойничаютъ, грабятъ въ буквальномъ смыслѣ слова, и когда ограбленный г. Атласовъ проситъ у г. К—на законную защиту, то не только получаетъ отказъ, но его еще высылаютъ подъ конвоемъ изъ города, вѣроятію, за тѣмъ, чтобы несчастный не могъ жаловаться г. вице-губернатору, котораго ожидали со дня на день. Трудно было бы даже повѣрить такому явному покровительству разбою и грабежу, если бъ передо мною не лежала копія съ поданнаго Атласовымъ, но не принятаго г. К—нымъ, прошенія, въ которомъ первый выставляетъ многихъ свидѣтелей возмутительной сцены и, между прочими, самого г. исправника, видѣвшаго какъ онъ валялся въ лужѣ собственной крови.

Легко и весело живется намъ безъ гнилой цивилизаціи гнилого запада и должно быть потому, что областное правленіе во время прошлогодней оспенной эпидеміи приняло «всѣ мѣры, основанныя на послѣднихъ выводахъ науки». Оспа перенесена была въ нашъ округъ и теперь свирѣпствуетъ въ Жиганскомъ улусѣ съ неимовѣрной силой. По полученнымъ нами достовѣрнымъ свѣдѣніямъ, въ Булунѣ (маленькое мѣстечко на Ленѣ) умерло уже 80 чел. Отъ многочисленнаго и богатаго семейства улуснаго головы не осталось теперь ни одного человѣка! По счастливой случайности, въ Булунѣ находится теперь докторъ Бунге, членъ метеорологической станцiи въ устьяхъ Лены, который, какъ намъ передаютъ, значительно облегчаетъ мѣстнымъ жителямъ борьбу ихъ со страшной эпидеміей.

Недавно областной начальникъ г. Черняевъ, черезъ окружное правленіе, предложилъ нашему городу собрать по добровольной подпискѣ 1200 руб. на открытіе у насъ, въ видѣ опыта, на три года, почтовой конторы и правильнаго почтоваго сообщенія между Верхоянскомъ и Якутскомъ. (То же самое предложено Средне-Колымску и Вилюйску). Нельзя не сочувствовать этому предложенію г. губернатора, но едва ли возможно будетъ собрать у насъ такую значительную сумму, интересно, почему почтовое вѣдомство, доходы котораго значительно превышаютъ расходы, само не открываетъ свои дѣйствія въ нашемъ округѣ? Можно сказать положительно, что если въ первое время оно понесетъ убытки, то, со временемъ, расходы покроются, не говоря уже о важномъ для края значеніи правильныхъ почтовыхъ сообщеній. Теперь не рѣдко случаются пропажи посылокъ и даже казенныхъ денегъ. Наприм., нѣсколько дней тому назадъ наши любители винта вмѣсто выписанныхъ изъ Якутска 11 дюжинъ колодъ картъ получили посылку, въ которой оказались кирпичи! Удивительно, что на посылкѣ печать почтовой конторы цѣла, а вѣсъ кирпичей точно сходится съ вѣсомъ 11 дюж. картъ. Ловкіе воры пока еще не найдены.

Верхоянскъ. 20 ноября 83 г.

«Сиб.Газ» №8, 19 фев.1884

Изъ Жиганска пишутъ. Одна бѣда не ходитъ, а ведетъ за собой другую. Не успѣли одуматься отъ разбоевъ, производимыхъ оспой, какъ съ верховья пришелъ пароходъ «Лена». — Рыба есть? — Какъ рыбѣ не быть: тѣмъ живемъ. — Продаете? —А пошто даромъ. — Ну, тащите на пароходъ. Притащили, свалили. — Денежки пожалуйте. — Деньги на берегу. Сошли на берегъ, а пароходъ засвисталъ, запыхтѣлъ, да и былъ таковъ. Пустились догонять на лодкѣ, — не догнали. А на пароходѣ какой-то низенькій, пузатенькій господинъ стоитъ да раскланивается. Благодаритъ, значитъ. Такъ рыбка наша и ушла вверхъ золотую икру метать.